Ел я ваших демонов на завтрак! Том 2

Чтобы как-то собраться с мыслями, я уткнулся в поднос с едой, разломил палочки и принялся есть.

Ёсико продолжала смотреть на меня.

— Что? — спросил я, пережёвывая кусочек мяса.

— Ты ничего не хочешь нам рассказать? — деликатно спросил сэнсэй Макото.

Ёсико была жёстче:

— Что за ниндзя, твою мать! — прошипела она.

Я не стал спорить или что-то доказывать. Лишь напомнил:

— У нас полчаса на обед, помните? — но потом всё же добавил: — У нас впереди целый вечер. Мы будем одни в комнате, без посторонних ушей, и я вам всё расскажу, обещаю!

— А мне можно прийти послушать? — тут же встрял Даичи.

— Да куда ж от тебя денешься, — вздохнул я. — Приходи!

И тут к столику подошли Кинпатсу и Изуми.

Мы пододвинулись, давая им место.

— Во-первых, — сходу начал Кинпатсу. — Почему ты в таком виде?

— О! — перебил я друга. — По поводу вида. Ты можешь принести один комплект одежды? Выбери тот, который… хм… пошире в груди?

— Зачем? — опешил Кинпатсу. — Не! Что нужна одежда я понял. Не случайно же ты в простыне ходишь. Но почему пошире в груди? И почему ты в простыне? Где твоя рубаха?

Вопросы посыпались, как из рога изобилия.

— Это для Ёсико, её одежду испортили.

Изуми и Кинпатсу дружно посмотрели на покрасневшую Ёсико. Причём, Изуми сразу же оценила размер груди Ёсико.

— Я бы дала свою, но она не налезет, — вздохнула она.

Изуми действительно была тоньше Ёсико, и грудь у неё была поменьше.

— Ничего не нужно, — ответил я. — Кинпатсу подберёт из моих запасов. У меня там более-менее свободные рубахи, Ёсико должны подойти. И штаны вроде тоже…

Теперь глаза округлились у Сэдэо, Рена и Даичи. Причём, у мальчишки степень обожания выросла ещё на один уровень.

— Что? — спросил я. — Ешьте, давайте! А то останетесь голодными!

Парни послушно заработали палочками. Но ненадолго. Потому что Кинпатсу со словами:

— Чуть не забыл! — вытащил из-за пазухи нож в ножнах и сюрикены.

Я едва не подавился.

— Ты чего так открыто?! — зашипел я на друга.

— Так все уже знают, — беспечно пожал плечами Кинпатсу.

А у Даичи загорелись глаза, и он с придыханием спросил:

— Этот тот самый нож?

— Какой тот самый? — с подозрением спросил я, по-прежнему не понимая, что происходит.

— Ну тот, который с клеймом, — не сводя глаз с ножен прошептал Даичи.

Лица Ёсико и Макото вытянулись ещё сильнее:

— Какой нож?! С каким клеймом?!

Я, молча глядя на Кинпатсу, сдвинул ножны и оголил клеймо — ту самую летучую мышь с клинками в крыльях.

Всеобщий вздох ужаса и восхищения — клеймо узнали все. И только Кинпатсу опустил глаза.

— Рассказывай! — приказал я, пряча нож и сюрикены в складках простыни.

— Ну… — замялся Кинпатсу.

— Чего сиськи мнёшь? — надавил я на друга.