Элемента.N

Вот увидишь — выполнят. Всемогущие Боги вернутся и вылечат эту Бирюзовую чуму. Всё, хэппи энд! И не будем говорить на такие нервные темы за завтраком. Приятного аппетита!

И бросив в свою тарелку приличный кусок масла, Виктория принялась активно перемешивать кашу.

— Ты смотри на масло то сильно не налегай, разжиреешь за не фиг делать! Я, когда отцом твоим беременная ходила на пятнадцать килограмм поправилась!

— Ба, ладно врать то! Видела я твои фотографии после родов — какая была, такая и осталась! –— возразила девушка.

— Правильно, отец твой почти пять килограмм весил, когда родился, ну, плюс всё остальное. Считай, во время родов всё и вышло.

— Вот! А пугает сидит! Конечно, поправлюсь, он же растёт!

Бабушка только покачала в ответ головой.

— Мне, кстати, мать твоя звонила, — сказала она немного погодя. — Они с Лоренцо снова сошлись.

— Кто бы сомневался! Поскулила, поплакала без своего ручного кобелька и приняла обратно. Никогда она особо ни принципиальностью, ни щепетильностью не отличалась. Лишь бы ей было хорошо!

Бабушка чуть не подавилась кофе, откашлялась, но потом всё же спросила:

— Ты сейчас точно говорила про свою мать?

— А про кого же ещё? – хмыкнула Вики.

— Так про себя, любимую, про себя, — сокрушённо покачала головой женщина.

— Вот сейчас было обидно, — надула губы Вики.

— Зато справедливо, — не давала ей спуску бабка. — Разбила пару! А ведь он любит её! Не тебя, её любит. И она его, наверно, любит. Но тебе было всё равно! Я, моё, мне! Добилась своего?

— Нет, не добилась! – рыкнула в ответ Вики. — Но я добьюсь, вот увидишь.

— Чего ты добьёшься?

— Того, что он женится на мне ещё до того, как родится его ребёнок.

— Тьху ты! – Марго отодвинула от себя тарелку. — Весь аппетит пропал. А зачем? Скажи мне, зачем? Ну, сделал он тебе ребёночка, так и хорошо. Родишь, будешь возиться с маленьким, ни один мужик тебе тогда не будет нужен.

— Да? А вдруг эта Ева такая же, как моя мать? Поплачет, поплачет и вновь сойдутся? И у неё будет всё, а у меня ничего. Ну, уж нет! Я хочу победить так, чтобы никаких сомнений ни у кого не осталось, что он — мой. И буду следить, если ни дай бог на кого-то, кроме меня посмотрит – сразу: фу! к ноге! наказан!

— Господи, девочка моя, что-то никак я в толк не возьму, ты любишь его или нет?

— Конечно, люблю! — уверенно ответила Вики, но где-то там внутри неё как щенок вдруг едва слышно заскулило сомненье. Молчать! – приказала она ему мысленно, и оно послушалось. — Хватит этих разговоров!

Она решительно поднялась, и поставила тарелку в мойку.

— Пойду прогуляюсь! – сказала она и чмокнула бабушку в щёку. — Спасибо за завтрак!

Глава 20.