Элемента.T

Главное, не путать мягкое с тёплым, и всё у неё получится!

С широкой доброй улыбкой Ватэс как подарок протянул ей большую медную иглу. Уколоть большой палец и прижать его к углублению — пантомимой объяснил он.

Колоть было неприятно и больно, и кровь прозрачная, тягучая и перламутровая, отливающая разноцветными блёстками потекла по желобку. Таэл со всей силы надавливала на подушечку пальца, испугавшись, что её крови из такого маленького прокола будет недостаточно, и она не дотечёт до середины. Но, независимо от её усилий, кровь текла, правда, благодаря им, достигла центра первой.

Армариус, посмотрел на неё так, словно поздравил с победой. Когда же все их четыре струйки смешались, она почувствовала, как на плечо ей легла рука стоявшей сзади бывшей королевы Таал. Ватэс попросил новичков проколоть и второй большой палец и взяться за руки, сомкнув эти кровоточащие пальцы.

Армариус начал читать древний текст, а их кровь на алтаре стала растекаться причудливым узором, меняя цвета и направления, делясь, а потом снова сливаясь в один искрящийся поток. Это было завораживающее зрелище, или у неё кружила голова от кровопотери, или всему виной его голос, но у Таэл всё плыло перед глазами. Армариуса сменила Хрнительница, но голос её убаюкивал ещё сильнее. Таэл видела разноцветные круги у себя перед глазами, потом среди них начали мелькать вполне осознанные воспоминания: море, Элэм, яхта, уставший и подавленный Эмэн, Энта в чёрном с веером, красный кролик."

"Говорить начал Ватэс и в голове у Таэл закрутились нереальные картинки: комната Элэма, завешенная портретами сестры, Энта на коленях, умоляющая древних богов о затворничестве, Элэм среди красных доспехов, улыбающийся, довольный, и она сама на лошади и Ратвис одной рукой держащий поводья, а другой прижимающий её к себе.

Но когда зазвенел ледяной голос Пророчицы, стало страшно: земля содрогнулась, потрескалась и стала осыпаться в разлом; лава, извергалась потоками на плодородные поля; огромная волна, затопила сушу. И люди, их люди, убитые и раненые, окровавленные, лежащие среди горящей земли, рядом с развороченной живой плотью Титанов, возвышающейся грудами зловонных кишок. Пылающие города, разрушенные дома, площадь Четырёх Храмов, заваленная трупами, и свежие руины храмов на которых размахивая руками и неизвестными флагами командуют грязные оборванные люди с горящими ненавистью глазами.

Картинки одна ужаснее другой ещё мелькали у неё перед глазами, когда все четверо Мудрейших начали говорить одновременно. Они говорили всё громче и громче, или Таэл просто так казалось, но последние слова гудели набатом под сводами часовни.

—От бога безлунного мира, Вам, дети погибшей Луны даруются новые знания и новые силы даны.