Та, что подарила жизнь

Ты мне дашь второй шанс? Чтобы мы могли начать всё сначала. Чтобы у нас всё было правильно. Как полагается.

Вера протяжно вздохнула.

– Признание за признание. Когда мы ехали к тебе… до того, как ты остановился у цветочного бутика, я размышляла, давать ли нашим отношениям второй шанс. А теперь понимаю, не будет никакого второго шанса.

Тарас замер.

Напрягся.

Побледнел ещё сильнее, хотя, казалось, куда уже.

Ему было больно. Невыносимо.

Так же невыносимо больно стало и ей.

Вера потянула к нему руку и быстро заговорила, поняв, что выразилась неправильно:

– У нас с тобой есть только один шанс. Один! И всегда был. Тарас… обними меня, пожалуйста! Пожалуйста!..

Рывок – и она впечатана в мужскую грудь.

Он обнимал её очень крепко, она едва могла дышать. Вера с удивлением заметила, как сотрясается от мелкой дрожи крепкое жилистое тело Тараса. Он больше ничего не говорил.

Лишь целовал. В лоб, виски, щеки. Покрывал её лицо порывистыми краткими поцелуями, словно боялся, что она сейчас исчезнет. Она сама вжималась в его тело. Крепче. Ещё крепче. Ей необходимо было снова чувствовать его.

Всегда только он. Только Тарас.

Он её любит! Он признался ей в любви! Сказал те слова, о которых она мечтала. Более того, Тарас держит её и никуда не собирается отпускать.

– Моя… Ты же моя, Вера?

– Твоя.

– И Унтова отошьешь?

– Олега? А при чем тут он?

– При том. Ревную я. Говорил же.

Тарас оторвался от её лица.

– Может, вернемся в комнату? Хочу видеть Катю.

Они вернулись. Вера прошла в палату к Кате и удостоверилась, что с дочкой всё в порядке. Гематомы на личике проявились четче, и материнское сердце закатилось от щемящей нежности к ребенку.

Тарас встал рядом, взяв Веру за руку.

Глава 28

Спали они на узкой кровати вдвоем. Тарас предложил лечь на кресле, Вера и слушать о подобном не хотела. Разлучиться с ним? Не чувствовать его тепла? Только не сегодня.

– Тебе будет неудобно, – проговорил Тарас. Она успела заметить, как предвкушающе блеснули его глаза.

– Я лягу на тебя сверху.

– Только ляжешь?..

Кровь прильнула к щекам Веры.

– Посмотрим.

Посмотрела.

Сверху.

– Там Катя…

– Нас не видно. Вера… девочка моя… Безумно… безумно хочу тебя… Дай мне себя. Мы осторожно.

Они и правда были осторожны. От неспешных толчков кружилась голова. Каждое проникновение чувствовалось остро. Вера, чтобы не стонать, кусала губы, цеплялась за Тараса сильнее, не замечая, как оставляет царапины, за которые ей потом стало стыдно.

– Извини, – прошептала она, целуя плечи Тараса, которым досталось сильнее всех.

– Не смей извиняться за свою реакцию на меня, – прорычал он в ответ, распластав пальцы на её затылке, фиксируя лицо, чтобы приподняться и снова яростно поцеловать в губы.

Вера, уставшая, уснула на нем.