Эпоха Опустошителя. Том III

Лишь через секунду пришло осознание, что мои слова задели её за живое и губы против воли искривились в едкой усмешке.

— Рад за вас, — фыркнул я. — Только сути дела это абсолютно не меняет. Как ни крути, но вы служите.

— Как… как ты смог орудовать Близнецами? — чуть тише вопросила она, когда пауза затянулась, а затем Фьётра повернулась ко мне лицом. — Ты же носитель глифа, да? Признайся честно! Госпожа Фрея велела доставить к ней потомка пятой династии для беседы.

— Не знаю, о чем ты, но я не тот, кто тебе нужен, — солгал я, не моргнув и глазом. — Я лишь бывший смертник с необычными талантами, который просто-напросто хочет жить. Только и всего.

— Тогда как ты смог орудовать Близнецами? — всё не унималась девка, но стоило надавать чуть сильнее на рану от нахлынувшего раздражения, как воительница задрожала и зло зашипела, а затем болезненно ойкнула. — Ты… ты специально?

— Готово, — спокойно изрёк я, а после быстро отстранился от неё прочь и привалился у противоположной стены. — Одежда есть?

На миг возникло молчание, а на лице у девицы возникло скрытое смущение с негодованием, но вместо какого-либо ответ, она лишь крепче обернулась моим пледом.

— Исчерпывающий ответ, — выдохнул протяжно я, головой откидываясь на холодный камень расщелины за спиной. — Когда нужно молчать — женщина вопит, а когда необходимо говорить — нема как рыба.

— УБЬЮ! — рыкнула грозно она, но от её угроз пришлось попросту отмахнуться."

"— Не рви гланды, дура, а то и вправду порвёшь, — едко изрёк я. — Заживать того и гляди будут долго.

— Откуда в обычном простолюдине столько храбрости? — прошипела разъярённо Фьётра. — Ты хоть осознаешь с кем говоришь?

— Да-да-да… — хмыкнул уныло я. — Одна из двенадцати великих небесных воительниц. Верная собачонка оберега Ванадис. Одна из тех, по кому слюной исходит вся голубокровная знать северного пантеона. И та, кто забыл, как произносятся слова благодарности за спасение. Ничего вроде бы не забыл? — приподнял я делано бровь.

С каждым моим заявлением лицо девушки перекашивалось от накатывающей ярости, а следующие слова она произнесла сквозь зубы:

— Ты и представить себе не можешь, как я хочу тебя убить! Когда-нибудь и кто-нибудь отрежет твой гнилой язык.

— Если найдешь такого, то обязательно приводи ко мне, — фыркнул расслабленно я.

— Надеюсь, этим кем-то буду я, — заключила резко она.

— Внушающая страх валькирия угрожает тому, кто спас её и тому, кто в несколько раз слабее её, — тихо рассмеялся я. — Весьма и весьма многообещающе.

— За свои изречения нужно нести ответственность! — не осталась та в долгу.

Ну всё, дрянь, сама напросилась! Похоже, моя безумная догадка верна. Если эта дура не может достучаться до своего пространственного артефакта, то и силы её ныне ограничены.