Эпоха Опустошителя. Том III

Прямо сейчас среди вечернего сумрака та самая стерва-валькирия в ожесточенной схватке сошлась с двумя скелетообразными чудовищами. Чудовищами, которые по своему виду напоминали летающих ящериц, а если быть точнее, то виверн или же драконов.

« Наконец-то! Поднимай задницу, Ранкар, и бежим отсюда! Валькирия выиграет немного времени!»

Теневой провал…

Дважды повторять не пришлось, потому как находясь на отдалении от сражающихся удушающее напряжение достигало колоссальных масштабов. Тело за секунду оказалось на ногах, а в следующий миг обратившись черным туманом оно тотчас переместилось на несколько десятков метров прочь.

В курсе, что это за дрянь?

«Некродраконы. Причем два штуки. Не знаю, где мы находимся, но эти существа необычайно сильны».

Бежал я на протяжении пары минут, но рёв чудовищ не затихал ни на секунду. Мерещилось, что валькирия преследует меня, а уже за ней гонятся мёртвые твари.

Вот только чем дольше я удалялся от места сражения, оглядываясь по сторонам, тем необъяснимее становилось на душе. Складывалось ощущение, что я уже бывал в подобных местах, но стоило перемахнуть через скалистую гряду, как пришлось выпасть в осадок от осознания и невольно скривиться.

Очень далеко впереди виднелся знакомый вихрь огромных размеров, что вздымался до самих небес. Похожий вихрь я уже видел однажды. В коллизии. Впрочем, этот вихрь отличался, потому как его едкий грязно-зеленый цвет не сулил абсолютно ничего хорошего и об этом явственно твердил пульсирующий протест."

"Мириада сраных бед! И куда только стерва пернатая нас затащила⁈

Тем не менее пока я ковырял пальцем в носу, проклиная всё на свете, случилось нечто непредвиденное. Образовалась гробовая тишина. Рёв некродраконов отчего-то прекратился, а стоило мне обернуться назад то увидел, что вместо того, чтобы парить в небе две груды костей распластались на скалах.

« БЕГИ, РАНКАР, БЕГИ!» — завопила, что было сил Руна.

Ирззу распутницу мне в жены! Да сколько можно? Надо мной издевается, что ли, кто-то?

Однако крик был излишним, потому как оживившийся протест и резкая боль в затылке сигнализировали о том, что дела мои отборная дрянь, но стоило сделать три сотни шагов и трижды использовать провал, как до ушей донесся тихий свист, а затем в паре десятков впереди спикировала знакомая женская тень.

Вот только от былой красоты и могущества валькирии абсолютно ничего не осталось. Доспехи повреждены в нескольких местах. На груди, животе и шее зияли глубокие раны, весь силуэт был залит кровью, а одно из крыльев, по-видимому, кто-то вырвал с корнями. Сама девица едва стояла на ногах, но взгляд розово-голубых глаз, что полыхали ненавистью и гневом был направлен лишь на меня.

— Это ты… ты во всём виноват, — захрипела обессилено крылатая.