Измена. Право на любовь

— Думаешь? — зажимаю таблетку в пальцах и внимательно ее разглядываю. — Любопытно.

— Нет, это витамины, — дрожащим голосом заявляет Карина, а закидываю таблетку в рот под его испуганный писк. — Не надо.

Раскусываю с хрустом таблетку и медленно ее разжевываю. По языку и нёбу расползается знакомая ядовитая горечь.

— Артур…

— Лапуля, — я сглатываю вязкую и горькую кашицу, — оставь нас. Посиди на кухне, чаю попей.

Лапуля пятится, закрывает со скрипом петель дверь, а Карина дрожит и кутается в одеяло. Полгода назад Дима стал свидетелем моего телефонного разговора. Мне позвонила глава кадрового отдела с новостью, что моя секретарша внезапно уволилась.

Пришла, положила заявление на стол и ушла со словами, что она устала и решила посвятить себя духовным практикам. Забавная женщина, но исполнительная и совершенно не умела готовить кофе. Я тогда сказал: “Ищите новую секретаршу и чтобы дружила с кофемашиной.” Через пару дней меня в приемной ждала очаровательная скромница с чашкой кофе и со смущенной улыбкой.

— Это одна из кандидаток, — сказала тогда Марина, глава кадрового отдела. — И надо признаться, что слишком деятельная, но вы сами решайте.

Я тогда наглость Карины воспринял за исполнительность и инициативность, а еще я не хотел утруждать себя множеством утомительных собеседований с кучей незнакомых девок и женщин.

— Какие странные витамины, — говорю, чувствуя, как кровь приливает к моему естеству. — Наверное, это побочный эффект, да?

Карина вскрикивает, когда я делаю шаг к кровати.

— Тише, Кариша.

— Артур… Я не виновата, я не хотела… Это все Дима…

Молча сажусь на кровать, подмяв под поясницу подушку, и закидываю ноги на матрас. Складываю ладони на живот и смотрю на потолок.

— Артур…

— Как долго? — тихо спрашиваю я.

— Артур…

— Отвечай на вопрос, Карина. Я сейчас не в духе и способен на большие глупости.

— Три месяца… Я по чуть-чуть повышала дозу. Начала с нескольких крупинок, — Карина жалобно всхлипывает, — как и посоветовал Дима.

— А Дима затейник, — хмыкаю я. — И знаешь, Кариша, это меня никак не оправдывает. Сейчас я физически готов к подвигам, однако у меня нет желания, а ведь какая могла быть удачная отговорка. Это не я, это все таблетки.

— Артур Борисович, — Карина касается моего плеча.

— Кариша, я тебе руку сломаю, — закрываю глаза. — В нескольких местах.

— Прости, — испуганно попискивает и отодвигается. — Но, Артур, я… могу и от тебя быть…"

"— Кариша, — вздыхаю я. — Если мой, то будет моим. И только моим. У ребенка не будет матери. Я нафантазирую слезливую историю о том, что его мама была замечательной женщиной, но она умерла. Я еще не знаю, какую причину смерти придумать, но у меня есть время до того момента, когда потребуется правдоподобная история.