Измена. Право на любовь

Да, каюсь, я тоже сделал преждевременные выводы и воспринял вас, как будущую часть нашей семьи… Именно поэтому так у меня встала шерсть на загривке.

‌‍Глава 48. Чай с лимоном

— Наши юристы должны работать в команде, — Роман Емельянович стучит пальцами по подлокотнику, — мои сейчас перетирают с владельцем сайта вопрос о сотрудничестве и выцарапывают из него все сведения. Я не думаю, что Алина умная, и, вероятно, не обращалась к кому-то, чтобы анкету слепить. Сама справилась, скорее всего, с помощью мамы.

— Ее угрозы в мой адрес записаны, — вздыхает Илья. — Я первый звонок сбросил, а второй решил записать.

Роман Емельянович одобрительно кивает.

— Сообщения от Алины тоже сохранил, — смотрит на носок ботинка, а затем лезет в телефон. — Надо бы еще заскринить ее вой в социальных сетях.

— Часть моих телефонных звонков тоже записана, — Анастасия слабо улыбается.

— Ух ты, — хмыкает Илья, — она уже ссылочку на анкету Виты опубликовала. Прелесть.

— А номер телефона какой указан? — тихо спрашиваю я.

Илья диктует номер, и смеюсь, потому что это идиотизм полный. Алина взяла его из указанных контактов сайта моего центра. Надо позвонить девочкам. Сегодня меня не было на месте. Помогала Анфисе, женщине, которую ко мне направили чуть ли не на следующий день после открытия, восстанавливать документы, консультировалась в службе занятости населения насчет организации курсов обучения для моих подопечных, и в налоговой решала несколько вопросов, которые затянулись на пару часов.

— Надо твою маму предупредить, чтобы она тоже звонки записывала, — тихо обращаюсь к молчаливому Артуру, который мрачно щелкает суставами пальцев, буравя темным взглядом фарфоровый чайник. Выуживаю телефон и вздыхаю. — Я ей напишу.

— Жаль, что у меня есть принцип не бить женщин, — говорит он и скрипит зубами, — а так хочется. Это же какой отбитой мразью надо быть.

— А меня на этой мрази женить хотели, — бубнит Илья и сосредоточенно копается в телефоне. — Репостов очень много.

— С тебя все и началось, — шипит Артур и не сводит взгляда с чайника. — Покрасовался на ужине. Доволен результатом?

— Нет, недоволен, — спокойно отвечает Илья. — И я признаю свою ошибку. И моя ошибка даже не в ужине,а в том, что я повелся на манипуляции отца в желании быть хорошим сыном.

— Пойдем, Вита, — похрустывает шейными позвонками и встает. — Мои юристы возьмут эту стерву за мягкие места.

— Наши, — Роман Емельянович улыбается. — Судебный иск подаст не только Вита, но и мы.

— И я в том числе, — кивает Артур. — Оболгали мою жену.

— Бывшую, — едва слышно отзываюсь я.

— Неважно, — Артур хмурится и шагает к двери. — Я тоже фигурирую во всей этой грязи. И как муж, и как бывший, и как деловой партнер. Всего намешали в кучу.

Я прощаюсь с семьей Кабановых.