Эркюль Пуаро

Он говорит, что я буду хорошей помощницей, обещает обучить меня лечить неврозы.

Она ушла.

– Вы думаете, она – серьезно? – спросил Фергюсон Пуаро.

– Конечно.

– Этого напыщенного зануду она предпочитает мне?

– Несомненно.

– Девушка не в своем уме, – заключил Фергюсон.

В глазах у Пуаро вспыхнул огонек.

– Оригинальная девушка, – сказал он. – Возможно, вы такую впервые встречаете."

"Пароход швартовался к пристани. На борт поднялись полицейские, пассажиров попросили не спешить с высадкой. В сопровождении двух механиков к сходням угрюмо прошел Рикетти.

После задержки не сразу появились носилки.

Это был уже другой человек – с заискивающим, перепуганным взглядом, без следа мальчишеского наплевательства.

За носилками шла Жаклин де Бельфор, бок о бок с горничной. Если бы не бледность, она выглядела как обычно. Она подошла к носилкам.

– Привет, Саймон, – сказала она.

Он поднял на нее взгляд, и на мгновение на его лице появилось прежнее мальчишеское выражение.

– Я все напортил, – сказал он. – Потерял голову и во всем признался. Прости, Джеки, я тебя подвел.

– Не переживай, Саймон, – улыбнулась она. – Мы сваляли дурака и поплатились за это. Только и всего.

Она отступила, санитары подняли носилки. Жаклин нагнулась подтянуть шнурок на ботинке, поправила резинку чулка и выпрямилась.

Резко хлопнул выстрел. Саймон Дойл дернулся и затих.

Жаклин де Бельфор кивнула, в руке у нее был револьвер. Она послала Пуаро мимолетную улыбку.

К ней рванулся Рейс, но она уже наставила свою красивую игрушку против сердца и нажала курок.

Она мягко осела и свернулась на палубе калачиком.

– Кто, к черту, дал ей этот револьвер?! – кричал Рейс.

Пуаро почувствовал, как его трогают за локоть. Миссис Аллертон тихо сказала:

– Вы – знали?

Он кивнул:

– У нее было два таких револьвера. Я это понял, когда узнал, что при обыске в сумочке Розали Оттерборн нашли револьвер. Жаклин сидела за одним столиком с ними. Поняв, что будет обыск, она подложила револьвер в сумочку Розали. Позже она отправилась к ней в каюту и забрала его, разыграв соревнование на лучшую помаду. Поскольку и сама она, и ее каюта вчера обыскивались, повторять эту процедуру не было необходимости.

– Вы хотели, чтобы она ушла таким образом? – спросила миссис Аллертон.

– Да. Но одна она не уйдет. Поэтому Саймон Дойл умер незаслуженно легкой смертью.

Миссис Аллертон передернула плечами:

– Какой страшной бывает любовь.

– Поэтому в большинстве своем великие любовные истории суть трагедии.

Миссис Аллертон перевела взгляд на облитых солнцем Тима и Розали и с неожиданным чувством сказала:

– Слава богу, что на свете еще бывает счастье!

– Ваша правда, мадам: слава богу.

Скоро пассажиры сошли на берег.