Эркюль Пуаро

Следовательно, будучи невиновной в этом преступлении, я могу обратиться к вам с просьбой. Если я поклянусь вам, что свершилось высшее правосудие, вы бросите это дело? Сколько нам всем пришлось вынести! И теперь, когда мы обрели покой и возможность счастья, неужели вы способны все это разрушить?

Пуаро выпрямился. Его глаза сверкнули зеленоватым светом.

– О чем именно вы просите меня, мадам?

– Я говорю вам, что моя свекровь умерла естественной смертью и прошу мне поверить.

– Иными словами, вы знаете, что вашу свекровь преднамеренно убили, и просите меня посмотреть на это сквозь пальцы.

– Я прошу вас сжалиться!

– Да, над тем, у кого нет жалости.

– Вы не понимаете – все было совсем не так...

– Откуда вы знаете, мадам? Или вы сами совершили убийство?

Надин покачала головой, не обнаруживая признаков вины.

– Нет, – спокойно сказала она. – Моя свекровь была жива, когда я отошла от нее."

"– А что случилось потом? Вы знаете наверняка? Или подозреваете?

– Я слышала, мосье Пуаро, что в Восточном экспрессе вы приняли официальную версию происшедшего.

Пуаро с любопытством посмотрел на нее:

– Интересно, кто рассказал вам об этом?

– Но это правда?

– Это было... совсем другое дело, – медленно произнес Пуаро.

– Нет! Не другое! – страстно воскликнула Надин. – Убитый воплощал собой зло... и она тоже!

– Нравственные качества жертвы тут ни при чем, – остудил ее пыл Пуаро. – Человеческое существо, которое присваивает право лично вершить правосудие и лишает жизни другое человеческое существо, опасно для общества. Это говорю вам я, Эркюль Пуаро!

– Как вы суровы!

– В некоторых отношениях, мадам, я беспощаден. Я не одобряю убийства! Это последнее слово Эркюля Пуаро.

Надин поднялась. Ее темные глаза сверкали.

– Тогда продолжайте разрушать жизни невинных людей! Мне больше нечего сказать!

– Напротив, мадам, я думаю, вы можете поведать очень многое. Что случилось после того, как вы покинули вашу свекровь? Когда вы и ваш муж находились в шатре?

Она пожала плечами:

– Откуда я знаю?

– Вы знаете – или подозреваете.

Надин посмотрела ему в глаза:

– Я ничего не знаю, мосье Пуаро.

Повернувшись, она вышла из комнаты.

ГЛАВА 8

Отметив в блокноте «Н.Б. – 16:40», Пуаро открыл дверь, позвал ординарца, которого полковник Карбери предоставил в его распоряжение, – смышленого араба, хорошо говорящего по-английски, – и попросил его прислать мисс Кэрол Бойнтон.

Спустя непродолжительное время он с интересом рассматривал вошедшую девушку, отмечая ее каштановые волосы, горделивую посадку головы на длинной шее и нервные точеные руки.

– Садитесь, мадемуазель, – предложил Пуаро.

Кэрол послушно села. На ее бледном лице отсутствовало какое-либо выражение. Пуаро поспешил принести соболезнования, которые девушка приняла с полным равнодушием.