Эркюль Пуаро

La pauvre[155] Джиневра, с материнской точки зрения, вообще наименее интересный объект для развлечений, ибо она нашла путь к спасению – бегство от реальности в мир фантазии. Чем больше мать донимала ее, тем сильнее она испытывала тайное возбуждение, чувствуя себя преследуемой героиней! Подобно Александру Македонскому, миссис Бойнтон искала новые пространства для завоеваний. Поэтому она задумала путешествие за границу. Там прирученные животные могли взбунтоваться, и это предоставило бы возможность причинить им новую боль! Звучит абсурдно, тем не менее это так!

Пуаро глубоко вздохнул:

– Я понимаю, что вы имеете в виду. La maman Бойнтон избрала опасный образ жизни – и понесла наказание!

Бледное лицо Сары было серьезным:

– Вы хотите сказать, что она слишком раздразнила свои жертвы и они набросились на нее? Или одна из них?

Пуаро кивнул.

– Которая же? – спросила Сара.

Пуаро посмотрел на ее руки, судорожно стиснувшие букет полевых цветов, и на застывшие черты лица.

Его избавили от ответа прикосновение к плечу и голос Жерара:

– Смотрите!

По склону холма брела девушка. Она двигалась ритмично, с причудливой грацией, создающей странное впечатление нереальности. Рыжевато-золотистые волосы сверкали на солнце, уголки рта были приподняты в загадочной улыбке. Пуаро затаил дыхание.

– Как она прекрасна... – сказал он. – Какая необычная, трогательная красота... Так следовало бы изображать Офелию – в облике юной богини, пришедшей из другого мира и счастливой, потому что она свободна от груза человеческих радостей и горестей.

– Да, да, вы правы, – сказал Жерар. – Это лицо из наших грез, правда? Мне оно точно снилось. Когда я лежал с лихорадкой, то, открыв один раз глаза, увидел перед собой это лицо... с милой, неземной улыбкой... Это был приятный сон, и я пожалел, что проснулся...

Доктор Жерар умолк и продолжил уже обычным тоном:

– Это Джиневра Бойнтон.

ГЛАВА 12

Через минуту девушка уже была рядом с ними.

Доктор Жерар представил их друг другу:

– Мисс Бойнтон, это Эркюль Пуаро.

– О.

Джиневра рассеянно посмотрела на него. Пальцы ее сплелись, затем снова расцепились. Очарованная нимфа вернулась из волшебной страны. Теперь это была обычная девушка, немного нервничавшая и смущенная.

– Какая удача встретить вас здесь, мадемуазель, – сказал Пуаро. – Я пытался найти вас в гостинице.

– Вот как? – Она рассеянно улыбнулась, теребя пояс платья.

– Вы не прогуляетесь немного со мной? – предложил Пуаро.

Джиневра покорно зашагала рядом с ним. Внезапно она осведомилась:

– Вы детектив, не так ли?

– Да, мадемуазель.

– Хорошо известный детектив?

– Лучший в мире, – с достоинством ответил Пуаро, словно всего лишь констатируя факт.

– Вы прибыли сюда, чтобы защитить меня? – тихо спросила Джиневра Бойнтон.

Пуаро задумчиво пригладил усы.