Ермак

 – Потом какой-нибудь горячей похлебки жидкой. Жалко, рассола капустного нет. Он бы здорово помочь мог.

– Так вроде бы не с похмелья Трофим. Зачем ему рассол? – старшина вопросительно уставился на меня.

– Понимаешь, дядька Антип, в капустном сквашенном рассоле много полезных веществ, которые помогают больному организму выздороветь.

– Это точно. С похмелья иногда как башка трещит. А попьешь рассольчику, и все прошло, – согласился со мной старшина.

На следующий день ближе к обеду температура у Трофима спала. Вечером он уже порывался вставать. Но я ему это запретил, сделав новую перевязку.

В станицу Албазина Трофим въезжал выздоравливающим, но в ней ему пришлось остаться. Приказчик Тарала не стал рисковать и оставил Трофима выздоравливать до обратного пути обоза."

"В Шилкинский Завод обоз пришел как по расписанию. В этом большом селе нас уже ждал обоз торгового дома, который мы поведем обратно. Тарала дал два дня на отдых, во время которого я с казачатами помылся в бане, постирался и отоспался. Получив от Арсения аванс за шкуры и две наиболее целые тушки красных волков, сходил на местные торги, где купил себе новенькие мундир, шаровары, сапоги, ремень и фуражку.

Обошлось мне все это в десять рублей и раз пять дешевле, чем в Благовещенске или у нас в станице. Поэтому взял еще одну пару сапог и комплекты исподнего в запас.

За время доставки товара на Дальний Восток из центра России он дорожал в несколько раз. Так сапоги на торгах в Шилкинском Заводе я купил за три кредитных рубля, а в Благовещенске они шли по пятнадцать кредитных рублей или за один золотой империал, или за три «штуки» золотого песка.

«Штука» примерно равнялась по весу «золотнику», то есть чуть более четрех граммов. В тайге аптекарских весов не было, и «штуку» торговцы со старателями отмеряли народным способом – при помощи спичек или стандартных игральных карт. Один «золотник», или одна «штука» золота, весил примерно как четыре атласных игральных карты или сорок восемь обычных спичек. Более мелкие покупки оценивались в «таракашках» – так именовали крупинку золотого песка размером примерно с четверть ногтя на мизинце.

Обратный путь обоза запомнился остановкой в станице Албазина, где приказчик Тарала дал обозу двухсуточный отдых.

В обед на следующий день отдыха в комнату заезжего дома, где я расположился с туровской тройкой и Ромкой, зашел Арсений и пригласил меня в трактир пообедать, чем бог послал. А бог послал немало: наваристые щи с говядиной, буженину под луком, говяжий студень с квасом, сметаной и хреном, жареную осетрину с гречкой, утку под рыжиками, блины с икрой, соленые огурцы, маслины, квашеную капусту и моченые яблоки.