Ермак

Банду Золотого Лю уничтожила Албазинская сотня под командованием ротмистра, точнее подполковника Печёнкина.

– Ври, ври, да не завирайся, – генерал-губернатор разгладил рукой свою шикарную двойную бороду-бакенбарды. – Я всё-таки генерал-губернатор Приамурья. Неужели, сопляк, думаешь, что меня какой-то ротмистр смог обмануть?! Знаю я, как всё было на самом деле. Доложили те, кому положено. Но не всё! Твоей фамилии не звучало в докладе.

Корф посмотрел на цесаревича Николая и, как бы спросив разрешения, вышел перед строем казачат."

"– Полюбуйтесь, ваше императорское высочество, вся первая шеренга на отличных ухоженных конях, в новенькой форме, портупеи неизвестной конструкции, но смотрятся красиво.

Таких ладных казаков строевого разряда не всегда увидишь! Как я понял, все из первой шеренги участвовали в бою с бандой Золотого Лю?! Взгляд дерзкий и смелый. Орлы!

Генерал-губернатор сделал паузу.

– Кто нашёл мою племянницу?

Строй казачат, который застыл монолитом вместе с конями, перестал дышать. Сложилось впечатление, что и кони превратились в статуи.

– Я, ваше превосходительство, – ответил Владимир Лесков с позывным Леший и вытянулся, будто аршин проглотил.

Корф подошёл к Лешему. Достав из бокового кармана мундира часы, сверкнувшие на солнце золотом, генерал-губернатор, взяв правую руку Вовки, вложил часы в ладонь молодого казака.

– Спасибо тебе, казак, если бы не ты, и косточек бы не осталось моих кровиночек Лизаньки и внучки Настеньки для похорон!

Губернатор Приамурья снял фуражку и перекрестился.

– И всем остальным выражаю свою благодарность! – произнёс генерал-губернатор, надев фуражку и отдав честь.

– Рады стараться, ваше превосходительство!!! – рявкнул строй учеников школы.

«Не одну неделю тренировались», – подумал я.

– Что же, если с этим вопросом разобрались, надо как-то выдвигаться на учебную базу. Я правильно, Тимофей, назвал место обучения? – перевел на себя внимание цесаревич. – Князь Кочубей, организуйте нашу доставку к школе.

Эти слова были обращены к высокому, худощавому ротмистру в форме Кавалергардского Ее Величества полка. Услышав Николая, ротмистр, коротко кивнув, взял под локотки атамана Савина с протоиереем Ташлыковым и вывел их в сторону от окружившей Николая свиты.

«Вот и решился вопрос о том, что захочет посмотреть государя наследник», – подумал я про себя.

Цесаревич Николай, отметив, что опять завладел всеобщим вниманием, обратился к князю Ухтомскому:

– Эспер Эсперович, закончите повествование о героических свершениях казака Аленина. Эта информация с каждым новым его подвигом становится всё интереснее и интереснее.