Ермак

Новички обязаны выдержать испытательный срок и пройти проверку боем. На время испытания новички не имели права на оружие».

– Задумался, Тимофей? Вот и мы задумались. Тем более, раненый хунхуз всё подтвердил. Сотню эту набрали месяц назад в небольшой деревушке под Хэйхэ, что напротив Благовещенска. При отборе предпочтение отдавали бывшим солдатам, конникам. Сотню сформировали быстро – дней за десять. Потом вооружили. Караван с одеждой, оружием, продуктами и табун лошадей пригнали прямо в деревню. Две недели назад эта банда пошла вверх по Амуру вдоль берега, пока не дошли до этого поста и нашей станицы.

Вахмистр замолчал, сжав свои кулачищи, так что костяшки побелели.

– Со слов пленного хунхуза, их атаман и почти все его офицеры на остров на лодках ушли рано утром. Одна полусотня в ночь у Зорихи переправилась на наш берег. Где они были, он не знает. Но по следам казаки позже определили, что эти варнаки в лесу за полигоном прятались и всю твою показуху для цесаревича наблюдала. А потом перед нападением на станицу они твой хутор спалили. Одни головёшки остались. И полигону досталось.

Митяй взял мою правую ладонь в свою лапищу и слегка с сочувствием сжал.

– А вторая полусотня, в которой был этот раненый варнак, через Амур у Зорихи переправилась, когда пароходы с цесаревичем и его свитой прошли. У них задача была напасть на станицу от Амура, а другие должны были атаковать со стороны леса, от твоего хутора. Вот такие пироги и крендели.

Было видно, что вахмистр хотел завернуть хорошую такую матерную конструкцию, но постеснялся знахарки.

– Мальки твои, которых расставили, как ты советовал, обе полусотни обнаружили и казаков вовремя предупредили, – продолжил Шохирев.

 – Улицы щитами да телегами с кольями перегородили. Из-за этих укрытий да из окон домов и отбились станичники.

Митяй задумался на несколько секунд, а потом продолжил:

– Честно говоря, из рассказов казаков складывается картина, что хунхузы особо не рвались поквитаться с нами, как ты предполагал. Получили в упор пару залпов и тут же разбежались. Будь ещё и моя полусотня в обороне станицы, мы бы эту банду в тонкий блин раскатали. Да и так из сотни восемнадцать варнаков с коней ссадили. Остальные быстро-быстро за Амур утекли.

Преследовать их побоялись.

– А как не побояться, – перебила вахмистра Мария. – В станице почитай одни дети, казачки, отставники да старики остались. Младший твой десяток сильно, Тимофей, отличился. И предупредил, и половину варнаков они перебили. Преследовать рвались. Мишка Башуров кричал, что хунхузов на переправе ещё можно хорошо пощипать, а если те огрызнутся, то в станицу под защиту баррикад вернуться. Старики не пустили.

– И правильно сделали, что не пустили, – насупился Митяй.