Ермак

Дней десять-то еще пробудете в станице? Вот и успею. За него теперь много кто выйти захочет.

– Может, и пробудем, – уже с грустной улыбкой ответил я. – Как обратный пароход пойдёт. Но дней семь точно ещё поживем, а может, и дольше. Только женить не выйдет, Пётр Никодимович.

– Это почему же? – удивлённо спросил Селевёрстов.

– Да наметил Роман Петрович поступать в Иркутское юнкерское училище.

– Это как же так?! – растерянно уставился на меня дядька.

– А вот так. Поразила его стрела Амура. Влюбился Ромка в Машеньку Филатьеву – агентессу секретной части по охране цесаревича. А та за спасение цесаревича полтора года назад получила личное дворянство. Вот и Ромка решил стать офицером, чтобы больше таких препятствий любви не было. Так что до двадцати восьми лет ему теперь холостяковать, если станет офицером.

– Неужто Ромка сможет? – с затаённой надеждой произнёс Пётр Никодимович.

– Он вместе с Петром Даниловым собирается поступать. Я и другие офицеры их потихоньку натаскиваем, плюс учителей толковых для индивидуальных занятий подобрал. В прошлом году при юнкерском училище в Иркутске подготовительный класс открыли. Так что если туда сдадут экзамены и удержатся на всё время учёбы, через четыре года Ромка минимум подофицером будет. Всё только от него зависит. Да и я к этому времени из академии вернусь.

– А что за академия такая?

– Николаевского академия Генерального штаба. Если её окончу с хорошим результатом, то до полковника точно дослужусь, а то и выше.

– Ох, Господи, новостей-то сколько. Аж в голове снова помутилось. Это что же, Ромка его благородием станет, а ты его превосходительством?

– До этого ещё дожить надо, но если всё хорошо пойдёт, то станем.

В это время в очередной раз заскрипела дверь, и в комнату проскользнул Ромка, который в удивлении застыл от увиденной картины.

– Где шлялся, паразит?! Пришибу кобеляку. Или думаешь, что решил его благородием стать, так всё можно?! – Схватив рушник с кухонного стола и скрутив его в жгут, Пётр Никодимович прошёлся по спине Ромки. – Я как, ежели что, в глаза людям глядеть буду?! Совсем стыд потерял?!

– Батька, да не было ничего. Клянусь тебе, не было. Мне вон Тимофей всё объяснил. Нельзя мне пока жениться, – Ромка, говоря это, поворачивался спиной под удары отца.

– Ну, смотри у меня, если кого попортил. Запорю! – Селевёрстов показал сыну внушительный кулак.

– Всё нормально, батька. Клянусь тебе, – успокаивающе разводя руки в стороны, ответил Лис, тряхнув своим рыжим чубом.

– А раз нормально, дуй в магазин. Возьми там бутылку. Нет, две, а то и три господской водки. Никифора и Степана сюда позови. Пусть жёны их в магазине и трактире подменят. Солений пусть прихватят и ещё чего-нибудь вкусного. Такие новости надо хорошо обмыть.