Эркюль Пуаро

На каждом купе красными чернилами было обозначено имя занимавшего его пассажира. Сбоку лежала стопка паспортов и билетов. Рядом разложили бумагу, чернила, ручку, карандаши.

– Все в порядке, – сказал Пуаро, – мы можем без дальнейших проволочек приступить к расследованию. Прежде всего, я думаю, нам следует выслушать показания проводника спального вагона. Вы, наверное, знаете этого человека. Что вы можете сказать о нем? Можно ли отнестись с доверием к его словам?

– Я в этом абсолютно уверен. Пьер Мишель служит в нашей компании более пятнадцати лет. Он француз, живет неподалеку от Кале. Человек в высшей степени порядочный и честный. Но особым умом не отличается.

Пуаро понимающе кивнул:

– Хорошо. Давайте поглядим на него.

К Пьеру Мишелю отчасти вернулась былая уверенность, хотя он все еще нервничал.

– Я надеюсь, мосье не подумает, что это мой недосмотр, – испуганно сказал Мишель, переводя глаза с Пуаро на Бука. – Ужасный случай. Я надеюсь, мосье не подумает, что я имею к этому отношение?

Успокоив проводника, Пуаро приступил к допросу. Сначала он выяснил адрес и имя Мишеля, затем спросил, как давно он работает в этой компании и на этой линии в частности. Все это он уже знал и вопросы задавал лишь для того, чтобы разговорить проводника.

– А теперь, – продолжал Пуаро, – перейдем к событиям прошлой ночи. Когда мистер Рэтчетт пошел спать, в котором часу?

– Почти сразу же после ужина, мосье. Вернее, перед тем как мы выехали из Белграда. В то же время, что и накануне. Он велел мне, пока будет ужинать, приготовить постель, что я и сделал.

– Кто входил после этого в его купе?

– Его лакей, мосье, и молодой американец, его секретарь.

– И больше никто?

– Нет, мосье, насколько мне известно.

– Отлично. Значит, вы видели или, вернее, слышали его в последний раз именно тогда?

– Нет, мосье. Вы забыли: он позвонил мне без двадцати час, вскоре после того, как поезд остановился.

– Опишите точно, что произошло.

– Я постучался в дверь, он отозвался – сказал, что позвонил по ошибке.

– Он говорил по-французски или по-английски?

– По-французски.

– Повторите в точности его слова.

– Ce n'est rien. Je me suis trompé[40].

– Правильно, – сказал Пуаро. – То же самое слышал и я. А потом вы ушли?

– Да, мосье.

– Вы вернулись на свое место?

– Нет, мосье. Позвонили из другого купе, и я сначала пошел туда.

– А теперь, Мишель, я задам вам очень важный вопрос: где вы находились в четверть второго?

– Я, мосье? Сидел на скамеечке в конце вагона лицом к коридору.

– Вы в этом уверены?

– Ну конечно же... Вот только...

– Что – только?

– Я выходил в соседний вагон, в афинский, потолковать с приятелем. Мы говорили о заносах. Это было сразу после часа ночи. Точнее сказать трудно.

– Потом вы вернулись в свой вагон... Когда это было?

– Тогда как раз раздался звонок, мосье...