Эркюль Пуаро

Пуаро довольствовался тем, что наблюдал за бурной жизнью станции в окошко. Однако минут через десять он решил, что и ему невредно подышать воздухом. Он тщательно оделся: облачился во всевозможные жилеты и пиджаки, обмотался шарфами и натянул на изящные ботинки калоши. Укутанный таким образом, он нетвердыми шагами спустился по лесенке, принялся мерить шагами перрон и так дошел до его конца.

Только по голосам он опознал две темные фигуры, смутно вырисовывающиеся в тени багажного вагона.

Говорил Арбетнот:

– Мэри...

Девушка взволнованно прервала его:

– Нет, нет, не сейчас! Когда все будет кончено... Когда все будет позади... тогда...

Мосье Пуаро незаметно удалился. Он был озадачен: он едва узнал голос мисс Дебенхэм, всегда такой бесстрастной и деловитой.

«Любопытно», – сказал он про себя.

Назавтра ему показалось, что англичане поссорились. Они почти не разговаривали. Девушка казалась встревоженной. Под глазами у нее темнели синие круги.

В половине третьего поезд неожиданно остановился. Из окон выглядывали пассажиры. Небольшая группка людей, столпившихся возле рельсов, что-то показывала друг другу, тыча пальцами под вагон-ресторан.

Пуаро высунулся в окно, подозвал пробегавшего мимо проводника. Проводник объяснил, в чем дело. Пуаро втянул голову в вагон, повернулся и едва не толкнул при этом Мэри Дебенхэм, которая стояла за его спиной.

– В чем дело? – спросила она по-французски, голос ее прерывался от волнения. – Почему мы стоим?

– Пустяки, мадемуазель. Что-то загорелось под вагоном-рестораном. Ничего серьезного. Пожар уже погасили. Повреждение быстро устранят. Уверяю вас, никакой опасности нет.

Она небрежно махнула рукой, показывая, что пожар ее нисколько не пугает.

– Да, да, понимаю. Но сколько времени потеряно!

– Времени?

– Ну да, мы опоздаем...

– Вполне вероятно, – согласился Пуаро.

– Но я не могу опоздать! Поезд прибывает в Стамбул в 6:55, а мне еще нужно пересечь Босфор и попасть на экспресс «Симплон – Восток», который отходит в девять часов от другого берега. Если мы потеряем здесь час или два, я опоздаю на пересадку.

– Вполне вероятно, – согласился Пуаро.

Он с любопытством наблюдал за ней. Рука ее на раме окна дрожала, губы тряслись.

– Это так важно для вас, мадемуазель? – спросил он.

– Да. Очень важно. Я непременно должна попасть на этот поезд.

Она повернулась и пошла навстречу полковнику Арбетноту, показавшемуся в конце коридора.

Опасения ее, однако, оказались напрасными. Не прошло и десяти минут, как поезд тронулся. Наверстав упущенное время, он прибыл в Хайдарпашу с опозданием всего на пять минут.

Босфор в этот день бушевал – мосье Пуаро переправа далась нелегко. На пароходе он потерял из виду своих спутников и больше так и не встретился с ними.