Эркюль Пуаро

– Voilà une grande dame[41], – заметил мосье Бук. – Что вы о ней думаете, мой друг?

Пуаро в ответ только покачал головой.

– Судьба, – повторил он. – Интересно, что она хотела этим сказать?

Глава 7

ПОКАЗАНИЯ ГРАФА И ГРАФИНИ АНДРЕНИ

Вслед за княгиней пригласили графа и графиню Андрени. И тем не менее граф пришел один. Вблизи было еще заметнее, как он красив, – широкоплечий, с тонкой талией, рослый. Если б не длинные усы и широкие скулы, в своем хорошо сшитом костюме он вполне мог бы сойти за англичанина.

– Итак, господа, чем могу служить? – спросил он.

– Видите ли, мосье, – сказал Пуаро, – сложившиеся обстоятельства обязывают нас опросить всех пассажиров.

– Конечно, конечно. – Граф был любезен. – Вполне понимаю вас! Однако боюсь, что мы с женой вряд ли вам поможем. Мы спали и ничего не слышали.

– Вы знаете, кто был убит?

– Я понял, что убили высокого американца с удивительно неприятным лицом. Он сидел вон за тем столиком. – И граф кивнул на стол, который занимали Рэтчетт и МакКвин.

– Совершенно верно, мосье. Я хотел спросить, известна ли вам фамилия этого человека?

Вопросы Пуаро явно озадачили графа.

– Если вы хотите узнать его фамилию, посмотрите в паспорт: там все должно быть указано.

– В паспорте стоит фамилия Рэтчетт, но это не настоящая его фамилия, – объяснил Пуаро. – На самом деле это Кассетти, организатор многочисленных похищений и зверских убийств детей. – Он пристально наблюдал за графом, но на последнего его сообщение, по-видимому, не произвело никакого впечатления. Он удивился, не более того.

– Вот как! – сказал граф. – Это проливает свет на убийство. Очень своеобразная страна Америка.

– Вы, вероятно, бывали там, господин граф?

– Я прожил год в Вашингтоне.

– И вероятно, знали семью Армстронгов?

– Армстронг, Армстронг... Что-то не припомню... Столько людей встречаешь!.. – Граф улыбнулся и пожал плечами. – Однако не будем отвлекаться, господа. Чем еще могу быть полезен?

– Скажите, граф, когда вы легли спать?

Пуаро украдкой взглянул на план. Граф и графиня Андрени занимали смежные купе, места номер двенадцать и тринадцать.

– Мы попросили постелить постель в одном купе, а когда вернулись из вагона-ресторана, расположились в другом...

– Это было купе номер..."

"– Номер тринадцать. Мы играли в пикет[42]. Часов в одиннадцать моя жена отправилась спать. Проводник постелил мне, я тоже лег и проспал до утра.

– Вы заметили, что поезд остановился?

– Я узнал об этом только утром.

– А ваша жена?

Граф улыбнулся:

– Моя жена в поезде всегда принимает снотворное. И вчера она тоже приняла свою обычную дозу трионала. – И, помолчав, добавил: – Очень сожалею, но ничем больше не могу вам помочь.

Пуаро протянул графу листок бумаги и карандаш:

– Благодарю вас, граф.