Эрна Штерн и два ее брака

Я села на скамейку недалеко от общежития и, чтобы хоть немного успокоиться, попыталась перечитать лекции за сегодня, но голова наотрез отказывалась в этом участвовать. Все мысли вертелись вокруг этого проклятого браслета. Версия о попытке стравить двух курсантов мне казалась натянутой. Штаден меня не любил и с самого начала знал, что Ведель любит. А Дитер, на мой взгляд, был не из тех, кто пытается что-либо провернуть за спиной друга, и если сюда еще приплюсовать мою внешнюю сдержанность, то в случае удачного приворота страдали мы бы друг о друге на расстоянии. И потом, как оказалось, заклинание заставляло влюбиться не в конкретного мужчину, а в того, кто держал браслет последним. То есть если бы за то время, что браслет лежал на столе, его подержали в руках Кэрст или Марк, к примеру, то я воспылала бы страстью уже к одному из них. Получается, что тому, кто наносил заклинание, и разницы особой не было, на кого оно сработает. Такую глупость из моих знакомых могла сделать только Фогель – ей-то точно все равно, в кого я влюблюсь, лишь бы ей Олаф в результате достался. Но вот незадача, она сама пострадала. Мысли путались и разбегались. Голова, начавшая побаливать еще во время допроса, теперь просто раскалывалась. Я обхватила ее руками в попытках хоть немного утихомирить боль, когда вдруг на мои виски легли руки и недовольный голос Штадена сказал:

– Не дергайся. Сейчас полечу.

Боль начала сворачиваться в упругий клубок, который все уменьшался в размерах, пока не исчез совсем. Я облегченно выдохнула:

– Спасибо.

– Как прошла беседа со следователем? – поинтересовался он вместо «пожалуйста».

– Нормально прошла. Зачем ты сказал, что мы не собираемся разводиться? Это неправда.

– Мы можем сделать это правдой хоть сейчас, – усмехнулся Штаден. – Собираешь вещи и переселяешься ко мне. Как я говорил, с моей стороны возражений нет.

– С моей есть, – посмотрела я на него недовольно. – Следователю я сказала, что это ложь.

– Это ты поторопилась, – с явным разочарованием в голосе заметил он. – Хотел тебя предупредить, да не успел.

– Если будешь продолжать в том же духе, следователь решит, что у тебя явный мотив был, – заявила я. – А то он кого-то подозревает, а мотив найти не может.

– А у меня какой мотив может быть? – удивился он.

– Ну как же? Вынудить меня к тебе переехать, – ехидно ответила я ему. – Чем не мотив?

– Если бы я хотел тебя вынудить, наша последняя совместная ночь закончилась бы не так, – опять усмехнулся он. – Не нужно было тебя слушать – сейчас одной проблемой было бы меньше. А то и несколькими.

Воспоминания о последней поездке к отцу Штадена прошлись по мне жаркой волной. Я покраснела и сказала:

– Я с тобой больше никуда не поеду.