Эшелон

— Понял тебя. — Эшелон стал замедлять ход. Мы с Люсей ждать не стали и двинулись к вагону-ресторану. Люсе хорошо, она как обезьяна, раз и уже на крыше вагона. Ей по фиг, платформа с техникой или вагон. А мне нет. Я не умею так передвигаться по движущемуся составу. Кивнул Люси, она довольно улыбнулась, облизалась и моментально исчезла. Через несколько секунд увидел её на крыше вагона, прицепленного за платформами. Сам стал перебираться.

Когда я добрался до вагона-ресторана, Люся уже сидела за нашим столиком, возле окна и уплетала за обе щеки куски мяса, которые ей принесли целую большую тарелку.

Сел рядом. Взял салфетку, стал вытирать ей рот и подбородок. Люся привычно перестала есть и терпеливо ждала, когда я закончу. Сказал, уже ставшей ритуальную, фразу:

— Люся, ну никакой культуры принятия пищи. Мне стыдно за тебя. С тобой же невозможно показаться в приличном обществе. — Она привычно улыбнулась и продолжила трапезу. На этот раз ей досталась мозговая косточка. Она с наслаждением всосала костный мозг. Съев всю тарелку, принялась за сладкий пирог. Мне тоже принесли обед. Борщ с мясом, гречневую кашу с тушёнкой, чай с пирожком.

Когда хлебал суп, в вагон стал подтягиваться народ. Пришла моя жёнушка, её сестра, Илья.

— Марк, — сказала Ольга, устраиваясь рядом, — опять ты больше уделяешь внимания Люсе, а не мне, своей жене.

— Лёль, я просто её сопроводил. Ты же знаешь, она без меня не ходит завтракать, обедать и ужинать.

Ольга взглянула на Люсю. Та как раз разделалась со сладким пирогом, сидела облизывалась.

— Люся, могла бы и подождать меня. На обед надо ходить всей семьёй.

Люся, глядя на Ольгу, облизала свои пальцы. Я покачал головой.

Взял из пакетика влажную салфетку и вытер ей руки."

"Тимофея похоронили вечером. Эшелон специально остановили. Насыпали холмик. Поставили крест, сваренных из двух металлических труб, с табличкой, на которой было написано только его имя и дата гибели. Как у него фамилия, я не знал. Да и никто не знал. Он не говорил. А мы и не спрашивали. Здесь это было не принято. Мало того, я подозревал, что кто-то вообще назвался чужим для него именем. Но, повторюсь, это никого не интересовало. Назвался Васей или ещё как, твоё это имя, данное от рождения или нет, не принципиально.

Хочешь, назовись так, как тебе удобно. Возможно, пережив катастрофу, потеряв своих близких, человек решил оставить в прошлой жизни и своё имя, чтобы в новой жизни начать всё с нуля. В том числе и с новым именем. Это было право каждого человека и уже не имело какого-либо значения. Значение имело другой — кто ты сам по сути своей⁈ Вот Артём, бывший уголовник, убийца, пусть и совершил преступление исходя из мести за свою поруганную и убитую жену. Он этого не скрывал.