Если буду нужен, я здесь

– Чуть-чуть потерпи, ладно? – отвожу волосы, целую плечико. – Больно только вначале. Потом будет хорошо.

Она понемногу расслабляется, чему здорово способствуют мои поглаживающие клитор пальцы. Медленно продвигаюсь в мучительно жаркую тесноту. Лала хнычет, я что-то утешающе шепчу ей на ушко и глажу, глажу… В том темпе, что она любит обычно. А освоившись в ее попке, проталкиваю палец чуть ниже, ощущая собственные движения через тонкую перегородку. Крышу сносит. Лялька музыкально кончает. Хрипит. Трепещет, рвется в моих руках…

– Назар! Наза-а-ар…

– Да, моя девочка, да. Вот так. Хорошо? Я же говорил.

Лицо заплаканное. Сцеловываю слезы. Успокаивающе поглаживаю пальцами, не прекращая размеренно двигаться.

– Я не ожидала… Это просто... – Лала сбивается, захлебываясь собственными рваными вдохами.

– Всего лишь двойное проникновение. Я говорил, что будет хорошо.

– Да. Наверное…

Слизываю языком соленые дорожки со щек. Чуть сгибаю пальцы, вокруг которых она все еще пульсирует:

– Хочешь, чтобы вместо них был член Антона?

ГЛАВА 25

ГЛАВА 25

А ты же говорила, мама, сразу,

Что это не любовь, это – зараза.

Мама, пойми, отключился разум –

Будто с тобой так не было ни разу?!

«Зараза» – Elvira T

Лала

Меня накрывает вторым оргазмом, прежде чем я успеваю осмыслить слова Назара. Я дрожу, как последняя шлюха, нанизанная на член и пальцы. И мир перед глазами гаснет от оглушающего греховного удовольствия. Аллах! Он правда это сказал? Границы дозволенного сметены. Пена условностей сдута. А в голове… оказывается, я так явно могу это представить! Их вдвоем. Грязно. Неправильно. Дико порочно.

И как холодный душ мысль – значит, вот за кого Назар меня принимает? Думает, я…

– Я не ш-шлюха, – скулю, выстукивая зубами.

– Конечно, нет. Ну конечно, лялька.

Вслушиваюсь в голос мужа, но он звучит вполне обычно. В нем нет насмешки, нет осуждения. Разве что он немного вибрирует из-за сбившегося дыхания. Я и сама задыхаюсь. Так, может, это нехватка воздуха спровоцировала слуховые галлюцинации? Или я его неправильно поняла. Что, наверное, неудивительно, учитывая то, насколько мощный чувственный взрыв я пережила по вине Звягинцева. После такого собрать мозги в кучу не так-то просто. Меня до сих пор будто на волнах качает. Мышцы таза конвульсивно сокращаются. Поясницу болезненно тянет. А в заднице так саднит, что я понятия не имею, как высижу хотя бы первую пару.

– То, что ты предлагаешь… Это…

– Это выход, лялька."

"Как можно вот так говорить об этом и продолжать меня целовать?!

– Ты бредешь.

– А ты течешь. От одной только мысли. – Назар прихватывает кожу на затылке зубами и мягко проходится подушечками по той самой точке внутри. Меня ошпаривает стыд. Потому что он прав. Я не знаю, как с этим стыдом справляться. Это слишком. Я не нравлюсь себе такой.