Только одна ночь. Ошибка прокурора (СИ)

— Папа! Папа!

И только потом замечают меня. Обняв Фея за ноги, прячутся. Одна совсем не смотрит, а другая, выглядывает хитренько.

— Давайте знакомиться, — присаживаюсь на корточки. И сам себя ругаю последними словами. Знал же, что у Морозова двойня, и даже шоколадки купить не удосужился. — Как вас зовут?

— Анечка и Аленка! — сообщает та, что побойчее. И обе девчонки как маленькие обезьянки, карабкаются к отцу на руки.

Тимофей подхватывает обеих сразу. И тот час же маленькие ручку начинают борьбу за главный приз. Кто обнимет папу.

А меня внутри колпашет от зависти. Аж узел тугой завязывается.

«Тебя тоже когда — то жена встречала со службы. И дочка верещала от радости, — напоминаю самому себе. — А ты все похерил, дурак. Так и будешь жить до старости один и помрешь в доме престарелых».

— Проходи, дорогой. Чувствуй себя как дома, — счастливо смеется Морозов, вместе с дочками поднимаясь по ступенькам. — Покормишь нас? — спрашивает жену. И поставив обеих дочек на ноги, распахивает дверь. — Давай, Феликс, накатим за встречу и о делах перетрем.

Почти сразу же мы остаемся за накрытым столом одни. Лера с детьми уходит на второй этаж и время от времени сверху слышатся топот маленьких ножек и смех.

Тимофей разливает по пузатым бокалам коньяк и в подробностях рассказывает обстановку в городе.

— Короче, я понял, Шанск — идеальное место… — вгрызаюсь зубами в куриную ножку. И мне кажется, я ничего вкуснее не ел на свете."

"— Издеваешься, что ли? — хмыкает Фей, натыкая на вилку тонкий ломтик мясной нарезки. — У нас все как у всех. Только в меньших масштабах. И преступность есть, и коррупция. И Дрозд, сука. Вечно на меня доносы пишет. Все не может успокоиться.

— Что так? — поднимаю глаза. — В чем обвиняет?

— Да у нас с ним с детства вражда. Поэтому прибадывается по любому поводу. Все никак простить не может, что я его ларьки снес.

— Ну такое не прощается, — фыркаю я и мы с Феем ржем в голос.

— Тима, — входит на кухню красавица Лера. — Ты про свалку расскажи, — напоминает, норовя выскользнуть с кухни.

— Спят? — осторожно интересуется Фей.

— Спят, — привычно кивает ему жена.

— Посиди с нами, Лера, — берет он ее за руку и усаживает рядом.

А мне на ум приходит девчонка, с которой тусил в Горной деревне.

— А — а! Это… — тянет Морозов, снова разливая коньяк. — Прикинь, ситуация, Феликс. Девчонка приехала за тысячу километров вступать в наследство. Решила сразу поселиться в доме, так как на эту хибару никто больше не претендует. А весь участок завален мусором. Даже во двор не зайдешь.

— Это кто ж такой умный? — цежу раздраженно. Не люблю я таких мудрецов. И с точки зрения закона не подкопаешься и крайнего не найдешь, а пострадавшие ходят к нам как на работу.