Если ты меня полюбишь (СИ)

«Изумительная»

Пишу ещё одно СМС:

«Может быть, отложишь на время увлекательные книги (а я искренне верю, что они увлекательные) и прогуляться со мной в такую хорошую погоду? Или можем где-нибудь посидеть?»

Жду, шум воды стих, и предполагаю — сейчас виртуоз постельных утех покажется на арене. Неосознанно трясу телефон, пока идёт отправка СМС, словно хочу этим помочь телефону отправить послание быстрее.

Секунды ожидания тянулись словно дни. Прошло ещё несколько минут. От звука сообщения я вздрогнул, хотя и ожидал его услышать.

«Хорошо, только вот что-то мне подсказывает, что любоваться красотами сегодня не получится. Когда ты будешь?»

Осознание победы прокатилось волной по телу, оставляя после себя приятное покалывание. И воздух вдруг стал совсем другой, искрящийся. И дело тут даже не в молнии, которая образует собой стихия, неся свет, холод и проливной дождь!

«Я позвоню».

Голубые глаза Кет устремлены прямо на меня. Она недоверчиво посмотрела на телефон, потом на меня, снова на телефон. Перспектива выставить её за дверь меня радует, но я тогда лишусь постоянного секса. А это не входит в мои планы. К тому же не хочу её обижать, она меня не обижает, вот и я должен быть в какой-то степени благодарен. Всё-таки она горда, как и любая женщина.

Она смотрела на меня молча, смотрела, как я одеваюсь, смотрела на то, как в попытке найти нужные слова блуждаю по комнате взглядом, на всё это она смотрела молча. Женская интуиция её не подводит, и она задаёт правильный вопрос:

— У тебя дела?

Почему-то стушевался, не знаю, чем руководствовался, может быть, этот взгляд голубых и грустных глаз повлиял, но сказал я то, что совсем не думал:

— У меня? Нет! Я готов ещё.

Я подошел к ней сзади и, подняв подол намокшего полотенца, прижался всем телом. Кэт вздрогнула, контраст между нашими телами был ощутим даже мне, её разгорячённое после душа и моё слезка холодное. Я начал водить пальцем по нежной коже на шее, опустил ладонь ниже и замер. Мои мысли не следили за действиями, поэтому я окончательно ушёл в себя. Да, я чувствовал возбуждение. Оно волнами поднималось откуда-то изнутри, но мысленно я был далеко. Не с ней и она, та, что стояла в моих объятиях это понимала.

Опомнившись, я прошептал в её ухо.

— У меня нет дел, но.

— Но? — Кэт повернулась ко мне лицом.

Глаза блеснули азартом, и на губах появилась улыбка, а полотенце не придерживаемо теперь ничем стало быстро спадать на мои застывшие руки.

— Мы, конечно, можем ещё пойти на террасу и продолжить всё крушить там. Общество моего отца ведь тебя не побеспокоит?

Кэт округлила глаза, и челюсть сама сползла вниз.

— Томас? Он же никогда не остается у тебя?! Почему ты не сказал раньше? Когда он приедет?

Она была права, отец никогда не оставался у меня. Никогда, ни при каких обстоятельствах.