Эта ночь была ошибкой

Лучше бы просто призналась, что тоже его люблю, и оставила эту тему, но я видимо неисправимая прямолинейная дура. Глупая. Глупая.

– Ты уверена? – варвар заставляет меня отстраниться, и заглядывает в мое лицо напряженно. Отвожу глаза, но потом все же набираюсь храбрости и поднимаю на него взгляд. Киваю.

– Да. Абсолютно.

– То есть если мы не будем предохраняться, то есть шанс что ты…

Уже… беременна.

И я снова киваю."

"Киваю и закусываю губу, а потом все же набираюсь храбрости и медленно веду руками по его талии кпереди. Касаюсь пряжки. Пресс от прикосновения моих пальцев напряженно дергается.

Варвар поддевает кромку моих шорт.

– Ты позволишь? – спрашивает, но в его словах гораздо больше смысла, чем в поверхностном вопросе.

– Я тоже тебя люблю, – отвечаю сразу на два и позволяю ему править бал. Мои шорты падают рядом с его пиджаком, а следом и трусики.

Слава поддевает меня и приподнимает, заставляя обхватить его бедра ногами.

– Начнем с подоконника, – со знанием дела направляется в сторону кухни, а я припадаю к его шее губами, легонько всасывая кожу. Начнем с чего хочешь, только останься со мной.

Глава 47

Утро медленно заглядывает в комнату первыми лучами солнца, и я открываю глаза. Незнакомый потолок, незнакомая комната, но я быстро ориентируюсь и поворачиваю голову, глядя заспанными глазами на девушку рядом.

Понимаю, что улыбаюсь, но это происходит само собой просто потому, что вижу ее. Вижу и могу касаться беспрепятственно, так как и мечтал раньше.

Аккуратно пристраиваюсь, чтобы обнять, но не разбудить и опускаю одну руку поверх одеяла на талию Киры. Подпираю голову второй рукой и какое-то время просто смотрю как девушка в моих объятиях спит.

Красивая. Утонченная. Черты ее лица тонкие и изящные, голубые как небо глаза сейчас закрыты, густые ресницы отбрасывают тень на белые щеки. Почему-то именно сейчас приходят на ум строки из стихов поэтов, которые я учил в школе. Те очень тонко рисовали девичью красоту, которую иначе просто не опишешь.

Кира зашевелилась во сне и повернувшись ко мне, уткнулась в мою грудь носом.

Прядь упала на ее лицо, и я отвел ее, нежно обнажая точеную скулу. Её дыхание сбилось, и я понял, что Кира начала просыпаться.

– Доброе утро, – произнес негромко, и она открыла сонные глаза, которые сейчас были прозрачнее моря, и поймала мой пристальный взгляд. – Ты очень красива с утра.

Она зажмурилась и уткнулась в мою грудь снова, глухо отвечая:

– Не обманывай, я страшная и помятая! – стыдливо прижалась ко мне всем телом, вызывая далеко не стыдливые мысли в ответ. Я честно хотел дать ей поспать, но она сама виновата, ведь напомнила мне о том, что спит без одежды.