Это моя территория

Девушка попыталась найти кого-нибудь из знакомых, но не смогла. Зато ее заколотило с удвоенной силой, как только представила, что через несколько минут она выйдет к этим людям.

* * *Спектакль взорвал зрителям мозги. Когда Горыныч предстал перед народом, то зал сначала притих, а потом захлопал. Чудище довольно рыкнуло и стукнуло себя в грудь крылом.

Леся завоевала симпатии своей игрой и привлекательной внешностью. Сидевший в третьем ряду Олег, сжимая букет бледно-лиловых роз, не сводил взгляда с пленной принцессы.

Принц покорил всех женщин в зале.

Танцы заставляли то восхищенно свистеть, то хохотать. Особенно когда вышли танцевать олени: три девушки и два парня.

Когда же на сцену вышел Кентавр, то раздался гогот. Тем более что идущий за ним Хвостик делал вид, что упирается, кривил рожи и грозил кулаком.

– Опять ты мешаешь! – голос у парнишки-Кентавра был звучным и грозным.

– Я хочу на волю! – Алиса замахала руками, словно пытаясь взлететь. – Хочу летать свободной птицей! А не быть привязанной к какому-то кентавру.

Хвостик покорил зрителей своей бесшабашностью. Если до этого момента в зале просто то и дело смеялись, то теперь уже практически стонали от восторга.

Дело шло к кульминации. Принц и Кентавр на пару с неугомонным Хвостиком прошли сквозь заколдованный лес, отбились от оленей и убежали от гигантских кроликов нетрадиционной ориентации. От нимф принц Ролан, наоборот, убегал с большой неохотой, то и дело порываясь вернуться. Пока не заработал пинок от Хвостика и не улетел куда-то за кулисы. Там произошла короткая ругань, которая подкрепилась подзатыльником Хвосту."

"Человек-паук, встретившийся героям на пути, оказался укушенным женщиной-Лягушкой, очень натурально взвыл и изобразил предсмертные конвульсии. За кулисами тем временем включили громкую запись, и казалось, что бедного паука поедают с громким чавканьем.

Наконец принцессу, так и не успевшую стать чучелом, освободили, а Горыныча оттащили к психиатру, который выглядел точь-в-точь как завязавший со своей деятельностью маньяк. Впечатление усиливал гигантский шуруп, воткнутый в район лба.

Осталась последняя сцена, где принц Ролан признается принцессе в любви и верхом на кентавре они возвращаются в родной замок.

– Принцесса, – низкий голос Фрика заставил зал замереть, внимательно вслушиваясь в каждое слово. – Ты очень красивая, я рад, что ты не стала чучелом в гареме злобного дракона.

– Я тоже этому рад, – поддакнул Горыныч. – Меня уже лечат, видите?

Психиатр кивнул и стал дальше угрожать чудищу огромный бутафорским шприцем.

– Ах, мой принц, ты такой мужественный, – проворковала Леся. – Давай поскорее вернемся в мой замок. Мне здесь страшно!

– Увы, моя принцесса, это невозможно.

Денисыч за кулисами округлил глаза.