Это не любовь

Метался между спальней и гостиной, окна которой выходили во двор, куда должна была въехать машина скорой помощи.

Врач отчасти успокоил его, да и Аксёнова наконец пришла в себя. И даже смотрела на него вполне осмысленно. Правда недолго, и вскоре опять отключилась. Но зато и жар спал – это уже подействовал укол.

Но затем возникла другая беда: она вся взмокла. К блестящему от пота лбу налипли влажные чёрные пряди. Майку – вообще хоть отжимай. Пришлось как-то обтирать её, переодевать в сухое. Юля при этом что-то бормотала сквозь сон, вяло отбивалась, выкручивалась, мешала только, а ему и так это дело давалось очень тяжело.

И морально, и физически.

Но главное – ей стало легче. Однако он всё равно всю ночь не спал, следил и боялся. Так и уснул в кресле, уже под утро, хотя мог бы вообще-то постелить себе на диване в гостиной. Но не хотелось быть так далеко, мало ли. А проснулся – ни ног, ни шеи не чувствовал, всё затекло.

79"

"В воскресенье Аксёнова выглядела явно свежее, чем накануне. Всё порывалась встать, заявляла, что почти здорова, потом заметила на себе его футболку и вскинула на него круглые испуганные глаза.

– Кто меня переодел? – пролепетала. – Вы?

Анварес кивнул, с удовлетворением подмечая, как густо и стремительно она краснеет.

– Какой ужас, – выдохнула она и снова плюхнулась на подушку. Ещё и под одеяло спряталась, натянула по самую макушку, мол, мучается от стыда.

«Угу, – подумал он. – Ужас, ужас. Видела бы ты, как я вчера краснел и мучился».

Впрочем, долго убиваться Аксёнова не стала и время спустя уже весело щебетала, кривилась, глотая таблетки, давилась, просила похлопать по спине. Но при этом смотрела на него с таким обожанием, что у Анвареса губы сами собой улыбались.

– А тебя там не потеряли? – спросил он, сам не зная, что именно подразумевает под «там». – Никуда не надо позвонить?

– Где? В общаге? – удивилась Юля. – Кому я там нужна! Инна, соседка, счастлива, поди, что меня дома нет.

– Не уживаетесь?

– Ну да, – вздохнула она грустно. – Я же… неуживчивая.

– Это точно, – усмехнулся он.

– У вас тоже характер… – запальчиво начала она и сразу под его взглядом осеклась. – Характер.

Анварес молчал, наблюдая, как она вдруг сконфузилась. Смешная.

При ней он тоже то и дело испытывал неловкость, но сейчас, когда вдруг она застеснялась, да ещё и зарделась, его вдруг охватил азарт, даже кровь приятно заиграла. Он подсел ближе, чуть склонился, наслаждаясь её смущением.

– И какой же у меня характер? – спросил с полуулыбкой.

Она заёрзала под одеялом.

– Вам не стоит так близко находиться – заразиться можете.

Анварес молчал, не сводя с неё взгляда. Как же она забавно нервничала! Губу нижнюю закусывала, не знала, куда смотреть. На скулах проступили алые пятна.