Этот мир не выдержит меня. Том 1 (СИ)

Но я очень надеюсь, что это обстоятельство позволит мне поприсутствовать на аудиенции у Его Сиятельства графа вил Кьера.

Всадники злобно рассмеялись.

— Если ты считаешь, что наш господин устроит аудиенцию для такого быдла, то ты ещё глупее, чем можно себе представить."

"— Разумеется, нет, — я ухмыльнулся. — Наш славный сеньор не станет тратить время на мою скромную персону... Но он наверняка не откажет во встрече заслуженному ветерану девятого «стойкого» легиона.

Марк стоял возле телеги, скрестив руки на груди. Судя по спокойному безразличию, он смирился с судьбой и теперь равнодушно наблюдал за разворачивающимся действом.

Мастер Вегайн тоже взглянул на разведчика. Козлиная бородка недовольно встопорщилась, лицо искривилось, и по этой неприкрытой досаде стало понятно, что граф не упустит возможность повидаться с ветераном-легионером.

— Ты слишком складно болтаешь для простолюдина, — гаркнул Вегайн. — Ты бы лучше упал на колени и молил о пощаде, а не светил идиотской улыбкой! Глядишь, твоё красноречие тронуло бы моё сердце, и я подарил бы тебе быструю смерть!

— Не могу, Ваша Милость. Колени что-то совсем не сгибаются. Наверное, повредил их, когда сражался с шайкой разбойников, которые собирались отобрать у нас девушку...

— Хочешь сказать, что ты ещё и от разбойников её защитил?

Я молча кивнул. Мастер Вегайн стал наливаться какой-то нездоровой краснотой, а его бородка нервно дёрнулась — похоже, общение со мной сказывалось на его душевном спокойствии не самым лучшим образом. Главное, не перегнуть палку, не то его сейчас удар хватит. Ну, либо он прикажет своим людям нанизать меня на пику, чего тоже хотелось бы избежать.

— Почему ты думаешь, что я не прикончу тебя прямо сейчас? — процедил колдун.

Голубоватый свет, которым были охвачены ветви рогов, стал куда ярче. Пора сбавить накал, пока Вегайн не сотворил чего-нибудь нехорошего.

— Потому что вы благородный человек, а не какой-нибудь простолюдин.

— Объяснись.

Командир всадников жёг меня взглядом.

— Будь на вашем месте какой-нибудь сиволапый мужик, то он непременно сорвал бы на мне свою злость. Но вы-то человек благородный, а значит, не только великодушны, но и весьма умны...

Пламя ярости в глазах Вегайна слегка поутихло. Дерзость, приправленная лестью — это блюдо, которое никого не оставит равнодушным.

— И как человек разумный, — продолжил я, — вы наверняка понимаете, что наш блистательный сеньор не обрадуется, если вы без его ведома убьёте человека, который два раза спас крепостную крестьянку по имени Рита... Наш милостивый сеньор заботится обо всех крепостных, но вы лучше меня знаете, насколько ему дорога именно эта девица.

— Ты хитрый и наглый, но тупой, потому что не учёл самого главного.