Факультет проклятых

– Слушай, а у меня тут одна штука есть, – вспомнила я. – Вот, посмотри, я в архивах нашла. Нам не подойдет?

И, активировав кейлор, показала ему заклинание стабилизации погоды.

– Хм, – Айландир с интересом вгляделся в проекцию. – Знаешь, судя по всему, должно сработать. Оно, конечно, не такое ресурсоемкое, как должно бы быть, учитывая все, что я знаю об управлении погодой, но выглядит основательно. Сейчас проверим.

Тленник слегка прикрыл глаза и нахмурился, призывая силу. Секунда, другая, и воздух вокруг нас заискрился, расцветая холодными, иссиня-аметистовыми узорами. А затем сияние резко рванулось вверх, ударив в самое сердце бури и буквально выжигая свинцовые тучи. Миг, и я прищурилась от ударившего в глаза солнечного света!

В отдалении по-прежнему бушевала метель, а над нами раскинулось чистейшее голубое небо.

– Обалдеть! – выдохнула я.

– Да. Полезное заклинание, и, главное, сил требует не особо много. Запомню, – согласился Айландир и фыркнул: – Не зря Стужа – ваша специализация. И теперь я окончательно понял, что на самом деле случилось с нашей ванной.

– Там случилась случайность, – смущенно буркнула я и поспешно двинулась вперед, к видимой теперь черной диртеме Айландира, стоящей чуть поодаль от другой, светло-серой. Благо сильный ветер не давал образовываться высоким сугробам, и можно было идти пусть и по обледеневшему, но почти чистому каменному двору бывшего замка."

"Айландир смотрел Еве вслед и не мог оторвать от девушки взгляда. В этой ледяной пустыне хрупкая фигурка в легком серебристом платье казалась чем-то нереальным. Удивительным миражом. Снежная пыль на ее волосах и плечах искрилась в отблесках солнца. Она шла, совершенно не обращая внимания на лютый холод, совершенная и столь же чуждая миру, как призрак. Но при этом живая. Пробуждающая желание до боли, так, что становилось трудно дышать.

И самое страшное, Айландир чувствовал, что это желание не наносное. Оно настоящее. Его собственное. Даже без объяснений Евы он уже мог отличить его от того наведенного морока, который ощущал в первые дни.

О том, какие проблемы его ждут, Айл понимал со всей ясностью. Понимал, что в академии до сих пор ждет Эстрелла. Понимал, как бесится отец, узнав, что Айл бросил ее и сбежал, так и не озвучив официального предложения. Отец уже несколько раз его вызывал, да и не только он, но Айландир не отвечал, потому что впервые в жизни не знал, что сказать.

Знал он лишь одно: оставить Еву сейчас он не может. Как и допустить ее смерть.

Никогда больше Айландир не хотел ощутить то всепоглощающее бессилие и страх потери, которое охватило его при новости об исчезновении девушки. Не хотел повторения сводившей с ума пытки ожидания во время полета.