\

Ничего подходящего под грозное определение «оружие» здесь нет. И быть не могло.

— Если хочешь, возьми своего «мудака», — кивнул он на шокер в стакане-заряднике. — В случае чего, поможет отключиться. Это я по себе знаю.

— Да уж возьму, не сомневайся — прошипел Славка, влезая в куртку и в высокие ботинки.

Зашнуровался он быстро.

* * *Оргов заметила глазастая Юла. Группировщики объявились в квартале от сгоревшей двадцатиэтажки. Операторы — все трое — юркнули в закопченный подъезд, через пролом на первом этаже спустились в подвал и…

И вот тут Денису стало нехорошо.

Вход в подземелье отсутствовал. Ну, то есть совсем. На месте норы, из которой он с Ночкой выбрался сегодня утром, теперь — лишь просевший грунт. Тайный лаз обвалили, замуровали и запечатали, причем, совсем недавно. И, не исключено, что изнутри, снизу. Видать, подземному племени бомжей-каннибалов ни к чему были рассекреченные выходы на поверхность. Особенно те, о которых знают обладатели смертоносных «Дождиков».

И назад, на улицу уже нельзя. Пройти незамеченными мимо группировщиков не получится.

Что ж, раз такое дело, придется пока отсиживаться в подвале.

Тоже ничего себе местечко. Укромное. И неприятное — жуть. Груды мусора, уголь, осыпавшаяся штукатурка. Вверху, на грязных стенах, редкие слуховые окошки. В окошках — скупой лунный свет. Почти никакой.

Осторожно — не дай Бог что-нибудь хрустнет-треснет — присели на пол.

— Мрачновато, — сдавленно прошептала Юла. — Что тут произошло-то?

Славка просветил:"

"— Давняя история. Говорят, жильцы не собрали «черный» налог. То ли не захотели, то ли не смогли. Не смогли, наверное. А когда пришел срок расплаты, наглухо забаррикадировались в подъездах.

Н-да, бедолаги… Денис сочувствующе покачал головой. «Черный» налог — негласная дань, взимаемая группировщиками с каждого дома — давно стал таким же естественным и обыденным явлением, как и оплата коммунальных услуг. Не заплатить его — это просто не укладывается в голове! Ежемесячно по квартирам ходят бледные от страха председатели жилищных товариществ, собирают деньги и…

— И что? — выдохнула Юлька. — Что дальше?

— Что-что… Орги подперли подъездные двери снаружи, а окна — и так все на решетках.

Потом то ли насос пригнали, то ли пожарную машину где-то взяли. Только цистерну залили не водой, а солярой. Окатили дом из шланга. Подпалили… Говорят, не спасся никто. Здесь, говорят, до сих пор валяются обугленные человеческие кости.

Лучше бы он об этом не вспоминал!

Юла подскочила с грязного пола. Звонко лопнуло попавшее ей под ногу стекло.

Снаружи послышались крики. Те, кто разгуливал по ночным улицам, глухими не были.

* * *…Хуже всех пришлось Славке.