\

Одна из Юлькиных успокоительных пилюль весьма кстати закатилась под компьютерный столик. Денис нагнулся и поднял таблетку с пола. Проглотил. Спокойствия ему потребуется много: после веселенькой ночки начиналось утро сюрпризов.

— Что Славка натворил?

— Не довел свой «рабочий материал» до бункер-базы.

— Не успел?

Все-таки не успел. Эх, Славка-Славка! А Денису казалось, время еще было. Впритык, но…

— Не захотел.

— В смысле? — Денис ошарашено уставился на посла. Кто тут съехал с катушек — Славка или федерал? Нет, федерал — вряд ли.

— В прямом. Самом что ни на есть.

Денис и Юлька переглянулись.

— И куда же он тогда его дел?

— Спрятал.

— Тоже? — Денис покосился на на Юлькиного жмура. — У себя? Дома?

— Увы, нет. Вячеслав вломился в муниципальную гостинку для престарелых. Ну, знаете, те халупы-социалки на окраине района?

Денис знал эти дома с вечно сорванными подъездными дверями, болтающимися на соплях ржавыми оконными решетками и побитыми стелами.

— И его впустили? Жму… «рабочий материал» Славки.

— Разумеется. Его приняли за группировщика. Одна пожилая чета. Попробовали бы они не впустить орга.

Н-да, попробовали бы… Волки разнесли бы на фиг всю богадельню.

— Конечно, старики, открыли дверь. На свою беду.

«На свою беду»… Что бы это значило?

— Но сейчас «рабочий материал» обезврежен, — продолжал посол.

— То есть? — не понял Денис.

— Его уже доставили на базу.

— И Славка дал? Доставить? Славка не препятствовал?

Значит, не все так плохо!

— Он отключился от «материала». По-моему, он от всего уже отключился.

— А вы…

— А я подключился. Лично. Напрямую — в автономном режиме, чтобы исключить всякую попытку повторного перехвата управления мертвецом извне.

— А как же старики? — спохватился Денис. — Те, в квартире которых…

— Они мертвы, — жалости или сострадания в словах Кожина Денис не услышал. Так, — скуку… — Ваш товарищ и коллега не удержался от соблазна.

— Погодите… Славка убил мирных граждан?!

Неужели зашло так далеко? Неужели Ткач спятил окончательно? Краем глаза Денис заметил, как Юла глотает свои треклятые пилюли. Скверно. После таких доз девчонку тоже может переклинить по-крупному.

— Мирных, Денис, мирных. Самых, что ни на есть. Полупарализованную бабульку — божий одуванчик и заслуженного деда, бывшего водителя автобуса с тремя ранениями — старик как-то попал под оргские заточки. В сущности, пустяк, невелика потеря, если учесть, что оба и так уже стояли одной ногой в могиле. Но печально другое. Теоретически, у Вячеслава было время, чтобы вернуться на базу до окончания комендантского часа. Однако, он даже не попытался. Боюсь, вашему товарищу просто очень захотелось задержаться.