\

Одну вещь. На прощание. Тебе это будет интересно. Вам всем…

Интригует…

– Ну?

Ладно, пусть. Пусть будет последнее слово осужденного.

– Если Терновский… если Николай действительно сейчас с тобой, передай ему, что он прекрасно справился с заданием.

Денис ошалело уставился на орга. Господи, можно будет когда-нибудь кому-нибудь верить в этом городе?!

– С каким заданием? – Что ж, ради ответа на этот вопрос Денис готов был дослушать посла. До конца дослушать.

– Он заслан. К Волкам. Мною. Николай ничего не рассказывал тебе об этом?

– Кого ты слушаешь, Денис?! – Группировщик задышал тяжело и часто.

Секунды уходили. Тик-так. Тик-так. Вот так так…

Денис и Юла смотрели на орга. На бледных скулах группировщика играли желваки. И этот человек опасается предательства со стороны Ирины?!

– Зачем? Заслан? – спросил Денис у микрофона.

– Требовались идеальные условия для «Мертвого рая», – ответили компьютерные динамики голосом Кожина. – Максимально агрессивная экспериментальная среда на полигоне. Нужен был человек, который поднимет, всколыхнет оргов. Который организует настоящий ночной террор на улицах вашего района. Терновский был самой подходящей кандидатурой.

– Вранье! – проскрежетал Волчий вожак.

А хоть бы даже и нет. Какая разница? Теперь-то!

– Все, хватит тянуть время. – Денис приласкал пальцем клавишу «Энд». – Прощайте, Павел Алексеевич.

Остальное – потом.

– И ты тоже прощай, Денис. Все прощайте.

Странно. Теперь голос посла был отчего-то спокоен. Слишком спокоен для человека, который умрет меньше чем через секунду.

* * *

Его руку перехватили из-за спины. Быстро, цепко. И больно. Жутко больно. Пальцами – как клещами, как ножницами по металлу перехватили.

Рванули с клавиатуры, заломили за спину. Денис, вскрикнув, уткнулся носом в стол. Замер, обездвиженный, парализованный болью. Не в состоянии пошевелиться, он скорее слышал, чем видел, как от компьютера отлетели Юла и Николай. Вместе со стульями. Но ведь тот, сзади, уже держал одной рукой его, Дениса. Так что же, Юльку и Волчьего пахана тоже… одной рукой? Одной левой? Или правой?

Кто?! – пронеслось в мозгу. Ночка? Орг прав? Раздражающий импульс? Окситоцин? Мина замедленного действия? Сработала? Но откуда в Ирине столько силы? И каким образом она выбралась из своего гробообразного карцера? Денис скосил глаза.

Нет, гроб, в котором лежала Ночка, по-прежнему заперт. Зато… зато соседний ящик – тот, из-под крышки которого торчала мертвая жилистая рука, в форменном рукаве с обшлагом – нараспашку. И пуст соседний ящик.

Краем глаза Денис заметил, как возятся на полу Юла и Николай. Оба – бледные-бледные. Юлька отползает. Орг вскидывает автомат и… И обреченно опускает оружие.

Денис решился. Превозмогая боль, повернул голову. Посмотреть. Увидеть. Кто его держит.