\

После непродолжительной перепалки к камере Змейки протолкался здоровенный, как медведь, мужик. Дополнительную схожесть со зверем ему придавала наброшенная на тело ворсистая медвежья шкура с огромным черепом, водруженным на голову наподобие шлема. Шкуру усеивали наслаивающиеся друг на друга зеленые и серые пятна, а из оскаленной пасти торчали загнутые вверх клыки, больше похожие на кабаньи бивни. Забитая викингами зверюга явно была из числа мутантов.

Под страшным мохнатым черепом с пустыми глазницами лыбилась столь же непривлекательная раскрасневшаяся физиономия.

Шрам на щеке, татуировка на лбу, сломанный нос, выбитые зубы, вислые усы, неопрятная, напоминающая метелку борода, полубезумный взгляд, с которым не очень хотелось встречаться глазами…

В руках викинг держал кольцо с пятком массивных ключей.

– Ы-ы! – утробно изрек викинг, заглянув в камеру с девушкой.

Толпа за его спиной довольно загудела. Раздались подбадривающие выкрики, похожие на рычание.

– Лар-рс! Пер-рсер-ркр-р! Лар-рс! Пер-рсер-ркр-р! – Виктор отчетливо различил эти два слова, звучавшие чаще других. Что это было? Имя? Прозвище? Титул странного воина в медвежьей шкуре?

Впрочем, прежде чем войти к Змейке, «Лар-рс-пер-рсер-ркр-р» сбросил шкуру, обнажив мускулистый торс, покрытый шрамами и непонятными узорами и знаками, вытатуированными на коже.

Ну да, зачем лишняя одежда тому, кто идет насильничать?

Костоправа, казалось, хватит удар. Но викинги уже не обращали на него внимания. Они сейчас смотрели лишь на татуированного воина и его будущую жертву, а их крики заглушали хриплый мат беснующегося лекаря.

«Лар-рс-пер-рсер-ркр-р» сунул ключ в замок. Открыл дверь камеры.

Темницу потряс новый взрыв воплей. Словно предстоящее публичное надругательство над пленницей было признаком высшей воинской доблести.

Проклятье! Проклятье! Проклятье! Виктор сжимал и разжимал кулаки. Бессилие и невозможность помочь девчонке, которую сейчас будут насиловать на их глазах, угнетало и ломало похлеще любой инквизиторской пытки.

«Лар-рс-пер-рсер-ркр-р» повесил кольцо с ключами на пояс. Ввалился в камеру…

В темнице вдруг стало тихо. Викинги больше не шумели. Затаив дыхание и похотливо улыбаясь, они ждали продолжения.

Даже сорвавший голос Костоправ теперь лишь хрипло дышал, навалившись на решетку, отделяющую его от Змейки, и с ненавистью глядя на обнаженного по пояс разбойника.

Впрочем, браниться лекарь не перестал. С каждым выдохом Костоправ выплевывал новое ругательство.

– Сука! Падла! Сволота! Ублюдок! Мразь! – и это были лишь самые безобидные характеристики, которые он давал викингу.

А тому оставалось лишь скинуть штаны и…

– Р-р-рус-тефка! – торжествующе пророкотал «Лар-рс-пер-рсер-ркр-р».

«Тефка» поднялась с пола.