\

Сопровождать меня к дознавателю пришли трое, одетых в строгие чёрные костюмы государственных служащих, практически без знаков различия. По покрою они походили на костюмы полицейского девятнадцатого века или царской армии моего мира. Сбоку у них, вместо сабли, был длинный, тонкий меч. За всё время они сказали всего два слова:

— К дознавателю, — и, окружив меня, сопроводили до дверей кабинета, который занял представитель Тайного Приказа.

Когда я вошёл, на меня внезапно надели наручники из серебристого металла со множеством странных знаков, при этом я сразу почувствовал себя хуже.

У меня закружилась голов, а и я чуть не потерял сознание. Невзирая на это, меня усадили на стул и оставили с молодым человеком, одетым в гражданскую одежду.

Он долго смотрел на меня, пока я пытался справиться с головной болью и понять, что происходит.

— Если вы продолжите пытаться использовать магию, вам станет хуже, и вы потеряете сознание. В таком случае мы продолжим разговор в другом месте.

— Что со мной происходит? Чем вы меня накачали, вы отравили меня? — спросил я, прикинувшись дурачком, хотя уже понял, что это связано со странными наручниками, которые, судя по всему, блокируют магию и как-то воздействуют на моё состояние.

— Вы что никогда не слышали про блокирующие магию наручники? — удивлённо спросил этот странный тип.

— Нет, кто вы такой? — спросил я.

— Старший дознаватель Тайного Приказа. На вас поступило заявление с обвинением в попытке убить одарённого дворянина, и вам светит смертная казнь. Я уполномочен произвести доследственную проверку и в случае подтверждения данного факта могу привести приговор в исполнение, — произнёс он, — поэтому тут вопросы задаю я.

— В таком случае я — английский принц, потерявшийся на охоте, — ответил я.

— Вы делаете официальное заявление, что вы — английский принц? — с изумлением спросил он.

— Вы точно ряженный, а не дознаватель, раз можете допускать, что английский принц сидит перед вами. Я не буду отвечать на вопросы неизвестного человека, — сказал я и демонстративно отвернулся в сторону.

— Значит, вы не верите, что я — дознаватель? — спросил он, начиная понимать, что я разыгрываю перед ним спектакль с его участием."

"— Подождите, дайте присмотреться, — сказал я и, наклонившись вперёд, посмотрел на его лицо очень внимательно, после чего произнёс.

— Нет, на лбу не написано, поэтому я не верю, что вы — дознаватель.

— Вы вообще понимаете, с кем говорите? — произнёс он.

— Нет, конечно, вы же не показали ни одного документа и даже не представились, поэтому вы для меня просто мужик с улицы, который непонятно, чего хочет, а с учётом того, что я сейчас в наручниках, то я, наверное, похищен.

— Помогите! Кто-нибудь, меня похитили! — громко закричал я, что было сил.