\

Меня начнут сразу допрашивать или захотят помариновать, чтобы произвести должное впечатление и сломить психологически. Судя по всему, мне светит второй вариант, а значит, нужно использовать время и просто отдохнуть. Я снял с себя обгоревший и весь в копоти костюм, после чего уложил его на изголовье лежака и улёгся спать. Да именно спать, так как моё состояние и так было близкое к сильному истощению. Конечно, сразу заснуть не удалось, в голову лезли разные нехорошие мысли, но я прибег к старому и проверенному способу — считать овец, прыгающих через забор. Примерно на сотой я и вырубился.

Разбудил меня звук открываемой двери, но я продолжил делать вид, что сплю.

— Вставайте, к дознавателю, — произнёс глухой голос.

Я, не торопясь, встал, отряхнул свой помятый и в подпалинах пиджак, после чего быстро умыл лицо и взглянул на ожидавшего меня человека, в таком же чёрном костюме и с маской на лице. Его волосы были скрыты повязанной поверх банданой.

Он, молча, отступил в сторону, сделав знак на выход, после чего повёл по коридору, не сковав мне наручниками руки, хотя при отсутствии магии это было и необязательно. Пока меня вели по длинным коридорам, через многочисленные посты охраны я размышлял, что меня может ждать.

Раз мне дали умыться и не надели наручники, значит, пока решили отказаться от жёсткого прессинга и хотят пообщаться, что называется, по-хорошему. Это означает, что нужно разрушить построенную дознавателем линию допроса, попробую обострить ситуацию, чтобы выяснить, что они всё-таки хотят от меня получить.

Привели меня в кабинет, имеющий небольшие, узкие окна под самым потолком, через которые пробивался свет от луны. В помещение было темновато, но я спокойно разглядел сидящего передо мной человека, который совершенно не скрывал своего лица.

Меня усадили на деревянный стул за стол прямо напротив этого человека, после чего сопровождающий вышел, оставив нас вдвоём.

Я спокойно осмотрелся и начал разглядывать сидящего передо мной человека. Одет в чёрный костюм, без каких-либо знаков отличия и нанесённых гербов. Возможно, они активируются магией для опознания в нужный момент. Лицо сухое, с многочисленными следами от старых шрамов, очень неприятное лицо. На такое долго смотреть не хочется. Глаза, как две молнии, прожигают.

Сразу видно, человек через многое прошёл и очень непрост. Всё это время он смотрел на меня, возможно, ожидая какую-нибудь реакцию, но я не собирался играть по его правилам и, закончив рассматривать его, минут через пять устроился на стуле поудобнее и решил вздремнуть. Почему-то я был совершенно спокоен и не боялся возникшей ситуации, а значит, переживать не о чем.

Ещё минут через пять дознаватель не выдержал, да и меня откровенно начало клонить в сон. Ещё немного и я бы реально заснул.