\

Некий кнут, коий сломит любые преграды воли и барьеры. Ублюдская магия, от которой моё вампирское нутро вопило благим матом. Хорошо, что отец применял подобное очень редко, только в самые серьёзные моменты непослушания.

Ещё с детства, отрубив себе руку и ходя с культей, я искал способы, как можно снять этот ошейник. И нашёл всего два варианта. Подтвержденных во всяком случае.

Первый из них: Провести некий магический ритуал.

Второй вариант: Убить того, кто нанёс печать. То бишь — Отца.

Как по мне, этот способ самый идеальный и хорош во всём, но я не собирался убивать Брэдли.

Он, конечно, тот ещё говнюк, но смерти точно не заслуживает. Да и если честно, то эта убогая татушка на руке не слишком сильно беспокоила, ведь Брэдли на моей памяти ни разу не применил её силу по отношению ко мне. Эта печать скорее… как бельмо на глазу, которое хочешь убрать, но пока подождёшь.

— Эх, — взглянул я в окно и тёмное небо за ним. — Погулять бы, но нужно выспаться перед завтрашним днём.

Глава 3

Закончив утренние процедуры после пробуждения, я вернулся в свою комнату, где меня ждал приятный сюрприз.

Стоявшая возле письменного стола Юнона в серых брюках и пиджаке, с непроницаемым лицом держала противень со свежеиспеченным наполеоном.

— Доброе утро, господин, — спокойно поздоровалась она и протянула торт. — Вот, как и обещала.

— Ты вовремя. Спасибо, — сердечно поблагодарил я и, бросив полотенце на кровать, с полуголым торсом направился к ней.

— Можете не напрягать пресс, — разрушила она весь пафос.

— Хочу и буду, — буркнул я, аккуратно взяв противень в руки. — У меня день рождения вообще-то.

— У вас новый шрам? — разглядывала она заживший порез возле моей ключицы.

— Завтра-послезавтра заживет, — держал я одной рукой торт, а второй воткнул в него ложку. — Железный Стоун оказался крепышом. Успел-таки меня ранить.

— Порой вы слишком безрассудны, — вздохнула она и, казалось, её голос прозвучал мягче обычного.

— Бывает, — пожал я плечами и попробовал выпечку. — М-м-м, отлично. Кстати, Юнона, ты забрала все трусики. Твоё сердце слишком жестоко.

— Я лишь оставила их на сохранение. Отучитесь — верну обратно.

— Понятно. Только не стирай их, — хмыкнул я с набитым ртом.

— Слышать это ужасно. — скривила она губы.

— Угум.

— Но если вы не сдадите промежуточные экзамены, то мне придётся их постирать."

"— Пытаешься смотивировать меня на учёбу? Хороший ход. Но, что если меня всё взбесит в этом Нью-Тейко? Или, допустим, я разрушу академию, чтобы не сдавать экзамены?

Юнона, шагнув ко мне, вынула из кармана пиджака платочек, что всегда носила с собой, и вытерла мне губы, проговорив:

— Разрушить академию Нью-Тейко ради моего нижнего белья? Вы слишком эгоистичны.

— Это мелкая цена, — улыбнулся я, смотря ей в глаза.