\

Она так и застыла на его руках.

Зал взорвался аплодисментами. Зрители аплодировали стоя, выкрикивая овации.

— Вот это концовка! Я даже понервничал!

— И не говори! Вот, что значит Феофан Розенбаум! Настоящий мастер!

— Это точно!

На этом моменте кулисы закрылись, а Феофан поднялся на сцену. С довольной улыбкой он вознёс руки к потолку.

— Прошу актёров выйти на сцену и поблагодарить наших гостей!

Все участники спектакля показались перед зрителями, встав в одну линию, а затем глубоко поклонились, за что получили ещё одну бурю аплодисментов.

***— Что это было, Купер?! — прошипела Белла, стоило нам уйти со сцены и вернуться в гримёрку.

— Я спас спектакль. И тебя, — ответил я, хмыкнув. — Не ты ли назвала моё имя во время сцены? Я просто прикрыл тебе ротик.

— Я-я… Да ты… Да ты… КУПЕР! — вспыхнув, как переспелый помидор, Белла топнула ногой и быстрым шагом пошла на своё место."

"Проводив её смеющимся взглядом, сел на свой стул и облегчённо вздохнул.

— Бро, ты просто красавец! — подошёл ко мне радостный Эд и заговорчески прошептал: — Ну, и какие они на вкус?

— Как клубника, — хмыкнул я.

— Обалдеть… — мечтательно протянул пухляш.

Актёры продолжали заходить в гримёрку и поздравлять друг друга с успешным выступлением, хотя и выражали беспокойство, что могло произойти непоправимое. Меня хвалили и говорили, какой я молодец и всё такое, а у Беллы спрашивали, как она себя чувствует и нужна ли ей помощь.

Я переоделся в свою студенческую форму, распрощался с остальными, решив отправиться отдыхать. Но Феофан Розенбаум настойчиво пожимал мне руку, не отпуская, всё нахваливая и удивляясь:

— Поцелуй… Как ты это придумал, Райан? — спросил он.

— Немного сымпровизировал, — пожал я плечами.

— Что? Нет-нет, ни в коем случае! Это было блестяще! Великолепно!

— Спасибо. Я могу идти, учитель? — задал я вопрос, обведя взглядом гримёрку. — Мне бы душ принять…

— Да-да, конечно! Иди, отдыхай!

Выйдя в служебный коридор, я услышал за спиной торопливые шаги и оклик:

— Райан, подожди!

Обернулся и посмотрел на спешившую ко мне Кэтти. Девушка всё ещё была в костюме служанки.

— Что такое?

— Ты не поранился? — обеспокоенно спросила она, оглядев меня.

— Немного спину потянул, — показательно взялся я за поясницу.

— Вот как, — прикусила она губу. — Ты поцеловал Беллу… Этого же не было в сценарии.

Я улыбнулся и резко, но мягко прижал её к стене, от чего Кэтти ахнула. Посмотрел в её расширенные зелёные глаза настойчивым взглядом и тихо произнёс:

— Разве то был поцелуй?

Она медленно сглотнула. Глаза заблестели от ожидания. А я медленно, слыша ускоренное биение её сердца и чувствуя горячее дыхание, коснулся своими губами её мягких тёплых губ. Мурашки пробежались по коже, подобно табуну диких лошадей.