\

— Ждал, когда наконец-то смогу увидеть твою рожу и вырвать её с корнем!

Его рука в золотой перчатке потянулась к моей исцарапанной маске, сам он подался вперёд с улыбкой безумца. И когда снял её с меня, то лишь презрительно скривился."

"— Я ожидал большего! — рыкнул Архангел и вытащил крыло из моего бедра.

Понимал ли я: что происходило? Не совсем. Тяжёлые удары реально выбивали из меня жизнь. Наверное, именно из-за этого… а ещё животного инстинкта, требующего спасти себя, я совершил ошибку… Ошибку, которую оказавшись в этом мире, поклялся более не совершать.

Из последних сил моя рука схватила шею удивлённого таким поворотом Архангела.

Капкан захлопнулся, инстинкты взяли верх, а жажда… Она ударила с такой силой, что более не было смысла бороться. Либо жизнь — либо смерть.

— А-А-А!!! — истошно завопил Архангел, как только я притянул его к себе и впился в шею острыми, голодными клыками.

Горячая и влажная кровь проникла в мой рот, неся в себе неимоверную эйфорию и удовольствие. Она растекалась, двигалась и проникала внутрь меня, с каждым мигом пробуждая то… Что так долго дремало.

Архангел вырывался, вопил, пытаясь оттолкнуть меня.

Его крылья метались в хаосе, а перья летали в разные стороны, втыкаясь в стены и мебель кабинета.

— Отпусти меня! Т-тварь! Отпусти!

Я вцепился в него, как клещ, беря всё больше и больше. Раны, что он нанёс зарастали с бешенной скоростью, и я ощутил, как хрустнуло раненное бедро.

— У-ублюдок! — прокричал он в истерике.

Но я не слушал его, полностью отдавшись жажде и голоду.

Кровь… Человеческая кровь сносила крышу и будоражила сознание вампира. Она делала нас сильнее. Делала теми, кто мы есть на самом деле. Монстры, чудовища, проклятые.

Нас называли по-разному, и только среди вампиров и других существ тьмы, мы слышали свои имена…

Последний глоток, и я вытащил клыки, рывком поднявшись с пола. Взял за шкирку слабо трепыхающееся тело Архангела. Он был бледен, слаб, а его покров спал. Но даже так, герой смотрел на моё лицо своими синими глазами. И я видел, как внутри них зарождался ужас.

— Ты хотел видеть моё лицо, Филипп? — хищно оскалил я окровавленные клыки, а моё лицо полностью приняло вампирскую суть. — Лицо того, кто убьёт тебя? Что ж, мясо, смотри! Смотри в глаза того, кого когда-то звали — Беррада!

— П-пощади…

— Пощада? Разве можно пощадить еду?

Ужас так и застыл в глазах Архангела.

Я плотоядно оскалился, как самый настоящий хищник. Монстр. Чудовище. Мои когти пробили белоснежный нагрудник и вошли в податливую плоть, вырывая сердце героя.

Тёплое, бьющееся… Человеческое! Как же давно это было! Ощущение, когда смотришь в глаза никчёмному скоту, держа в руках его хрупкую жизнь!

Стеклянная пелена смерти заволокла глаза Архангела, его сердце упало на грязный пол, и я оторвал его голову.