\

Нужные показания вписаны, ненужные оставлены за скобками, а когда тебя заболтают, и ты подписываешь все бумаги, в которых вроде всё правильно, бац, и тебе уже светит реальный срок. Ну а потом могут и на деньги развести. Откуда эта информация всплыла в голове, я не знаю, но тип, проводивший опрос, по своему типажу очень походил на такого.

— Так как, вы говорите вас зовут? — спросил он, посмотрев на меня.

— Так, я и не говорил, как меня зовут, собственно как и вы. На повара вроде не похожи, да и одежда у вас странная. То ли военный, то ли секретарь.

Вот у боярина Морозова всё чётко, сразу и звание, и статус. Помню, вот месяц назад он меня блинами угощал, так очень просил, принять от него лично вотчину, а я тогда и спрашиваю:

«— Да по что она мне?

— Ну а он и извиняется, ошибочка, говорит, вышла, не со злого умысла, а по недоразумению нижних чинов. Накажем их, а подарок прошу взять».

Ну а что я, не отказывать же такому господину, вдруг обиду какую затаит, а человек вроде серьёзный уважаемый. Так вот, я к чему это? Ты вот сейчас мне дубликат своей писульки, что написал, передашь, и отправимся мы с тобой в Тайный Приказ.

Ну а там ты подробно расскажешь, на какую сумму подговорил тебя торговец, да и обо всех ваших прежних делах расскажешь, ну и его, конечно, прихватим. Не бегать же потом за этим прохвостом, — сказал я, наблюдая, как дьяк побледнел.

— Брешешь, — выговорил он и, пытаясь сам себя взбодрить, сказал ещё более уверено. — Точно, брешешь.

Повернувшись к охранникам, которые меня привели, я сказал:

— Слушай, кликни там мою служанку, Алёной зовут. У неё телефон мой, вот сейчас и позвоним боярину, узнаем, кто тут в крепости по его ведомству работает.

Хитро улыбнувшись, один из охранников выглянул в коридор и крикнул Алёну. Я же в это время достал из кармана кольцо принадлежности к дворянскому титулу и прямо на глазах у удивлённого дьяка надел себе на палец.

— Так ты — дворянин, а почему кольцо снял? — произнёс, как-то сникнув, он.

— Так, на задании был, боярин Кречетов просил все знаки принадлежности снять, чтобы враг не мог опознать, кто по тылам у них шорох наводит.

— Боярин Кречетов, — опять бледнея, произнёс дьяк, понимая, что влип в историю, но тут он, придумав, как выкрутиться, громко сказал.

 — Ну раз ты — дворянин, то твоё дело будет рассматриваться дворянским судом. Задерживать тебя я не имею права, поэтому пока свободны, вас вызовут.

— Э-э нет, родной. Так, просто ты от меня не отделаешься. Я же сказал, что до Тайного приказа дойдём, значит, дойдём. А ты думал, что можешь безнаказанно обвинять дворянина в мошенничестве, и тебе за это ничего не будет.