\

Более не тратя времени, я прошёл мимо солдат с лицом полного пофигизма. Двери гостиной раскрылись от лёгкого толчка, и я направился в свою комнату, где меня ждал доморощенный шпион, временно прописавшийся в коробке из под тик-така.

* * *— Кха… Ха… — пытаясь откашляться, желеобразный поц валялся на полу под моими ногами.

— Вставай давай, — вальяжно сел я на компьютерный стул, наблюдая за ним.

Контуры синей слизи поплыли и начали принимать облик одежды, что я видел в самолете и у дома в Нью-Тейко. На ногах появились белые кеды. Только жвачки и очков не было, а потому я увидел глаза парня.

Синие со странной жёлтой радужкой.

— Начнём с простого, — постучал я пальцами по столу. — Как твоё имя?

— У меня его нет, — глухо ответил он, сидя на полу и смотря на меня вызывающим взглядом. Но я видел в нём страх, который тот пытался скрыть. — Нам не дают имён. Только номера. Я — тринадцатый.

— Тринадцатый? — приподнял я бровь и с улыбкой спросил: — Значит, есть ещё, как минимум, двенадцать таких, как ты?

Парень поджал губы, сделав это вполне по-человечески.

— Что вам нужно, Райан Купер? Информация?

Я не удивился, что он знает моё имя, ведь если его поставили следить за мной, то это логично.

— Ты работаешь на Андерсона?

Он кивнул в согласии и сказал:

— Вынужденно.

— Не понял, — нахмурился я. — Что значит вынужденно?

Парень стушевался и затих. В его голове явно вовсю крутились шестерёнки и странно, что он ещё не попытался сбежать. Разведчики, попавшиеся в плен, обычно делают только две вещи. Либо убивают врагов сколько могут и умирают, либо просто умирают от какой-нибудь вшитой в зуб ампулы с ядом. А этот сидит, думает, и выходит на диалог.

— Перед тем, как я отвечу, скажите, — заговорил он едва уловимо дрогнувшим голосом.

— Вы правда могли убить Андерсона? Пойти против империи? Я слышал ваш разговор в мобильной крепости…

— Мог, — не соврал я. — Но мне это не нужно. Советник, конечно, тот ещё мудак и скользкий тип, но он нужен империи. И раз уж я живу в этой самой империи, — обвёл рукой комнату. — То он нужен и мне. Пусть живёт пока.

— Тогда я хочу предложить сделку, — пожевал губы слизнявый. — Вы поможете мне, а я выдам вам всю информацию, какой владею.

— И зачем мне эта сделка? — хмыкнул я, а парень насторожился. — Если ты не заметил в прошлый раз, то мне не составит труда заставить тебя всё рассказать.

— Нас обучали выдерживать боль… — начал было он с вызовом.

— Уверен? — прищурился я. — Поверь, ты даже не представляешь, чем я могу тебя удивить. Ты расскажешь мне всё, пудинг. Всё, что я захочу.

Тут ему крыть было нечем. Я ему для чего-то нужен, раз он ещё не попытался выкинуть какой-нибудь фортель. А вот он мне — нет. Только информация, которая есть в его голове, не более.

— Служба, — тихо прошептал слизнявый, будто шёл на плаху.