\

— Время, — вздохнул старик. — Да, я помню. И повторюсь: мне жаль, что так с тобой получилось.

Ещё на корабле я не стал скрывать от Марвина суть своих агрессивных порывов. Рассказал всё максимально сжато и по-факту. Так было правильно. Так было нужно… В первую очередь мне. Артурия тоже вкурсе, но владеет этой информацией не от меня. Марвин же другое дело. Мы с ним вместе выбирались из знатного дерьма, а значит ближе уже вряд ли станем.

— Спасибо, — поблагодарил его и толкнул деревянную дверь в зал.

Разруха и хаос. Вот, что я увидел, оказавшись внутри.

Столы, стулья и кухонная утварь были разбиты и сломаны в хлам. Выцветшие гобелены валялись на потрескавшимся полу. Один из них накрывал собой решившего отдохнуть незнакомого мне мужика. Впрочем, на этом же полу валялось ещё шесть человек. Одна женщина, внешне похожая на магиню-проститутку, судя по чёрным порванным чулкам и подранному платью. И пять мужиков, в одном из которых я признал Оруса.

— Ох… Сука…

— Голова… Моя голова…"

"Эпицентром же этого хаоса был Чёрная Маска и среднего роста женщина, похожая на натуральную валькирию.

Стоя напротив друг друга, они готовились ринуться в бой. За спиной Чёрной Маски возвышался огромный, как осадная башня, страж. Его мощная фигура была соткана из тёмного тумана и объята тяжелейшими, судя по виду, латами. В одной руке он держал монструозный моргенштерн, а в другой — башенный щит.

Стоп, что⁈

Герб. Сранный герб на щите, который держал страж-защитник, был мне знаком. И не просто знаком, а очень хорошо. Я уже видел его, и не единожды. Но не здесь, а в Брилии!

На чёрном, как сама смоль, щите, он ярко выделялся и будто вгрызался в память, освежая её.

Форма павезы, рыцарский шлем с короной поверх неё. И двенадцать корон разной формы на самом фоне павезы.

— Герб Турс’Анбара? Но как?.. — не веря собственным глазам, прошептал я.

Спор и ругань Чёрной Маски с валькирией набирал обороты, и я с трудом оторвал взгляд от щита стража-защитника, посмотрев на эту боевую мамзель. Тёмно-коричневый панцирь, будто у средневекового воина, закрывал её торс. Подогнанный под аккуратные и даже женственные формы тела, он был выпуклым, что говорило о размерах достоинств этой амазонки.

Наголенники, птеруга на бёдрах, нарукавники и тёмный меховой плащ на плечах. Её лицо не назовёшь эталоном красоты, но если судить лишь по меркам моделей. В этой женщине была иная красота. Дикая и необузданная. Рыжие, я бы даже сказал огненные, волосы, собраны с висков и заплетены в косы, укладываемые в пышную гриву.

— Красивая, — прогудел Рони.

— Сильная, — вторил Реджи.

— И пиздец опасная, — прошептал Марвин, осматривая разруху вокруг.