\

И раз я поступил таким образом, то не так уж и важен для меня пацан оказался. Что ж… В этих мыслях он будет не до конца прав, но частично. Всё же я могу захватить кого-то другого из Гонтов и использовать его.

Кстати о них… Как только я вновь двинулся к воротам, два бойца сразу же вкололи себе сыворотку и начали обращаться. Другие оборотни ринулись из темноты на меня и на Джошуа, а за стальными коваными воротами показались лица встречающей делегации в размере…

— Как же вас дохерище, — оскалился я и открыл сумку, достав взрывчатку.

Крепко сжав в руке прямоугольное устройство цвета хаки, быстро нажал на последовательность кнопок, как показал Марвин, и со всей дури бросил в ворота.

Таймер на взрывчатке был минимален, а потому спустя несколько секунд произошёл до одури мощный взрыв.

Тьму квартала озарила яркая вспышка, ворота и стены просто разнесло в труху. Двух гвардейцев, которые только обратились, уничтожило мгновенно в потоках вырвавшегося огня. Короткий участок, являющийся подъездной зоной, просто перестал существовать. Асфальт и земля от взрыва разлетелись кусками.

Я стоял под дождём, слушал ошалелый вой оборотней и смотрел на последствия взрыва, за пламенем которого виднелось поместье. Вскоре из языков пламени показались первые мощные фигуры белоснежных Ликанов. Кроваво-красный туман вырвался из моего тела, лицо изменилось. За спиной слышались крики умирающих оборотней, которых убивал занятой Габриэль.

— Ну что, Беррада, — оскалил я клыки, взглянув в свете пламени на количество псин. — Пора тряхнуть стариной!

Глава 13"

"Только в кино и видеоиграх главные злодеи выходят с героем один на один, а остальная банда недруга стоит в стороне и не вмешивается.

В реальности же всё совсем по-другому. Толпа на одного — нормальное явление. В бою нет места чести. В нём нет жалости, великодушия и слабости. Либо ты, либо тебя. Таков непреложный закон, когда на кону стоит жизнь.

Не знаю зачем, но поначалу я даже считал, скольких оборотней убил. Они рвались ко мне, желали разорвать, а их количество было похоже на дождь, тяжёлыми каплями падающий с небес.

Вой умирающих и пытающихся заливать раны псов был повсюду.

Они вопили, они скулили. Их тела, покрытые густым мокрым мехом, обладали поражающей способностью к регенерации и выдерживанию боли. Обычные пули с трудом бы взяли их, а колющее оружие подавно. Но у меня не было ни того, ни другого. Только голая мощь Первородного Вампира. Или, как бы сказал Эдвард, только хардкор!

— Р-ра-а-а!!! — утробно рычала мразь, которую я с лёгкостью держал за пасть.

Когти оборотня полосовали мою кожу, разрывали мышцы.