\

Воскреснуть они могли лишь дважды. С чем это связано — неизвестно, но факт есть факт. Восставшего мертвеца нужно убивать два раза, и никак не меньше. Такое определение касалось и Высшей Нежити, но обходило вот таких, как Джон. Существа смерти, которым удалось обмануть или договориться со своей госпожой, и воскреснуть в третий раз, становились поистине ужасающими монстрами. С каждым убийством Нежити, они и так росли в силе, но Трижды Воскресший это что-то с чем-то. Пять. Ровно столько понадобилось Первородных Вампиров в пике их силы, чтобы одолеть одного Трижды Воскресшего.

Случилось это, когда Архилич Карестос решил устроить Мёртвый Крестовый Поход на живых. И так уж получилось, что их путь пролегал по нашим землям. Стоит ли говорить, что мой ковен не стал терпеть подобного и вначале бросил предъяву, а затем и начал войну?

Теперь же в меньше метра от меня, сидел живой представитель самой редкой и чудовищно сильной Нежити. Больше не было сомнений, почему я ощутил его внутреннюю мощь, как бездонную бездну. Он… Ха… По факту Джон сам являлся этой бездной. Даже представлять не хочу, насколько именно он силён и что может вытворять, но было странно осознавать, что я не самое опасное и сильное существо в этом мире.

Слишком уж моё вампирское ЧСВ подпрыгнуло после стольких побед и слабых противников. Сойдись я с Джоном в смертельной схватке, то он меня просто размажет и не почешется. Да я ему даже нормального боя не дам! Особенно в этом теле и сейчас, когда не достиг своего пика могущества.

Лениво повернув голову к коридору квартиры и двери, увидел, что Артурия, Дуглас и Лара с Джошуа собирались на выход. За продуктами, в магазин за первым необходимым, одеждой для парня, которую тот порвал непреднамеренно обратившись в ванной, и новым смесителем для душа.

Мордовороты Джона ушли вместе с ними.

Только дверь квартиры закрылась, замок щёлкнул три оборота, и Джон открыл глаза. Он уставился на меня немигающим взглядом и слегка протянул руку, указывая на кресло перед собой:

— Теперь мы можем поговорить без свидетелей.

Я приподнял бровь. Поговорить? Без свидетелей? Что ему мешало просто сказать мне об этом и уйти в другую комнату ото всех?

— Интересно девки пляшут, — хмыкнул я и упал в кресло, радуясь, что боль уже не столь явная и могу передвигаться без костыля.

 — И о чём же?

— О том, что тебя мучает, потомок Мортегар, — обозначил Джон улыбку, а я застыл и затаил дыхание. — Удивлён, что я знаю тебя и твой род?

— Есть такое, — отмер я, подобравшись и на всякий случай приготовившись бежать. Драться с ним будет самой тупой идеей, а поэтому только побег и верное отступление.

— Время линейно, юный Мортегар,— взял он паузу, внимательно меня разглядывая.