\

Мои нервные окончания остро реагировали на каждое её движение, и я почувствовал, как близок к кульминации. Её рука быстро двигалась вверх и вниз по моему члену, ускоряя момент. Чувствуя нарастающее напряжение, я понял, что момент приближается. И вот, наступил пик, который невозможно держать дольше. Сперма вырывалась из меня, обильными порциями, попадая на её пухлые губы, возбуждённое лицо и высунутый язык.

— Ох… бля… — простонал я.

Артурия, не теряя ни секунды, взяла мой содрогающийся член в рот, высасывая всё до последней капли, словно это не сперма, а настоящий деликатес.

Стало щекотно. Но смеяться в такой момент — значит испортить момент. Поэтому я сдержался. Стойко пережив эту щекотливую секунду, легонько похлопал Артурию по щеке, уловив в её глазах искорку ожидания следующего акта.

— Пришло время заняться тобой основательно, — прошептал я.

Она улыбнулась, искренне и многозначительно, и спросила:

— Встать на четвереньки? Или сверху?

Я задумался на мгновение над тем, какой вариант мне хотелось бы больше, и откуда взялась у неё такая инициатива.

— На четвереньки, — указал я на кровать.

Артурия послушно приняла позу, встав на локти и коленки, выгнув спину, да так красиво, что я не мог не полюбоваться открывающимся видом. Оттенки света, проникающие сквозь занавески, играли на её изогнутой спине, подчёркивая каждый изгиб тела. Стройные бёдра так идеально переходили к округлой, упругой попе. Нежная кожа, словно бархат, исходила соблазнительным блеском. Между её ног я мог лицезреть её киску, маняще влажную и приглашающую. Внешние половые губы были плотными, словно мягкие подушечки, окрашенные в нежно-розовый цвет, переходящий в более насыщенные оттенки к краям.

Они служили прекрасным контрастом для её белоснежной кожи. Внутренние губы были более тонкими и нежными, прячась за внешними, но чуть выглядывая из-за них. Мягкие и влажные, словно тонкие лепестки орхидеи после тёплого дождя. Я пристроился ко всей этой красоте. Мгновение перед тем, как мой член коснулся половых губ, наполнилось напряжением и волнением. Артурия повернула голову набок, посмотрев на меня возбуждёнными глазами, и я понял, она хочет также сильно, как и я.  Моя головка слегка коснулась её киски, я почувствовал её тепло и влажность. Эти ощущения усилились, когда я начал медленно проникать в неё. Каждый пройденный сантиметр внутри неё был словно горячая, обволакивающая, увлажненная шёлковая ткань, что приветствовала меня, поглощая всё глубже и глубже. Артурия вцепилась пальцами в белоснежную простынь. Её дыхание участилось, и я услышал будоражащий сознание стон, а затем её сладкий голос.

— Райан… мне так хорошо…

— Мне тоже…

Да уж.