\

Их конечности, кости и тела стали скручиваться и вращаться, как будто они были кусками ткани, которые кто-то выжимал после стирки. Воздух наполнился страшным скрипом и треском костей, мокрыми шлепками разрывающейся плоти. Вскоре всё, что осталось от них, это жуткая, кровавая масса, зависшая в воздухе. Новым движением руки Райан собрал эту массу в один шар и отправил его в открытый канализационный сток прямо в городской слив.

— Боже мой, Райан, — с ухмылкой произнесла Артурия. — Да ты больной псих.

— И это говорит та, что оторвала Элин голову, — приподнял он бровь.

— Ты сам попросил, — поджала она губы, пожав плечами.

— Знаешь, почему я их убил?

— Не знаю, но представляю.

Райан хмыкнул.

— Те, кто наделён властью, должны использовать её во благо общества, а не в личных интересах, — произнёс он монотонно. — Они перешли черту.

— Какой ты жестокий, — Артурия усмехнулась. — Ещё и врушка. Просто скажи, что они слишком много выделывались.

— Не скажу.

— Скажи! — игриво начала приставать Артурия.

— Нет.

— Да! Ты всегда убиваешь тех, кто тебя бесит!

— Ты же ещё жива.

— Что… Ах, ты! Ой! Что ты делаешь⁈ Не здесь же! Нееееееееет!

Глава 17

Улики стычки с Шайвагами были смыты в канализации.

Дождь, что накрапывал, внезапно закончился. Вышло солнце. Мы прошли с Артурией по городу, минуя камеры наблюдения. Свидетелей конфликта также не было, если не считать посетителей в кафе. Но мы вернулись туда достаточно быстро, без следов сражений, в чистой не помятой одежде, как и уходили. Официантка спросила, мол, а где Шайвагами? Я и ответил, что мы поняли друг друга и те отправились на срочное задание. Подозрений не последовало, ведь разве могли двое молодых людей, в частности я и Артурия, так быстро одолеть трёх гениев Шайвагами, ещё и без следов борьбы? Нет конечно. Так что оплатив за обед, дабы не оказаться преследуемыми по закону, что было бы уже более реально, чем за убийство трёх гвардейцев Шидара, мы отправились в мотель, что нашла Артурия."

"Прохладный душ смыл следы недавних событий, да и что там говорить — неприятных воспоминаний тоже. Мелисса. Встреть я её снова, то, скорей всего, оторвал бы голову. Ни о каких чувств больше нет речи. Лишь неприятная горечь яда, оставшаяся на клинке меча которым она меня ранила.

Я посмотрел на Артурию, пока она надевала вечернее платье, соответствующее жаркому климату Галерии, и улыбнулся. А быстро она разобралась с той сукой Элин. Приревновала? Или всё сильнее становится вампиром? В любом случае, уверен, Артурия понимала — не мы, так нас. Вряд ли Шайвагами отпустили бы нас так просто. Тот молодчик явно хотел снести мне башку с плеч. Не думаю, что после они оставили бы Артурию в живых, будь она простым человеком.