\

Заказчик, конечно, может потребовать обоснования на использование именно этих дорогих материалов, для чего нужно нанять специалистов высокого уровня как в механике, так и в артефакторике и заплатить им треть стоимости всех материалов, чтобы они подогнали теорию и снабдили её научными и техническими выкладками на несколько томов. Стоимость такого арбалета будет уже не тысяча рублей, а намного больше сотни тысяч, а если на это сделать ещё и наценку в триста процентов, то общая стоимость такого оружия составит до полумиллиона рублей. В принципе, можно и так, только времени уйдёт намного больше, а прибыль завод изготовитель в любом случае получит.

В то время как на территории других княжеств к этому времени будут выпускать десятки тысяч обычных арбалетов по стоимости в триста рублей. Ваше Княжество получит оружие ничем не хуже других, но в единственном экземпляре, в то время как соседние княжества, получат подобное оружие в объемах нескольких тысяч штук. Мне кажется, я привёл достаточно понятный пример? — спросил я.

— Учись, сын. Вот как надо вести переговоры. Прошу простить за этот небольшой спектакль, я должен был убедиться, с кем хочу вести дела и кому доверился мой сын, — совершенно другим голосом произнёс отец Александра.

— А что было бы, поведись я на ваши уловки? — спросил я.

— Я бы получил премию и, возможно, досрочный титул, ну а вы — дырку от бублика. Оружейный бизнес очень сложный, и простым людям там делать нечего. Уж лучше я бы показал неудачному бизнесмену его место, чем это сделали клиенты моего ведомства. Но честно сказать, вы меня обидели, ещё никто не называл меня цепным псом, — произнёс мой собеседник, внезапно убрав свою улыбку и немного наклонившись в мою сторону.

— А ещё никто не пытался настолько в наглую отжать мой бизнес, — ответил я и, сменив расслабленную позу, на готового к броску хищника, после чего добавил, — Мне чужого не нужно, но за свои крошки, любому перегрызу горло, а потребуется, и вырежу всех, кто на них покусился.

Произнеся это, я вперил свой взгляд в глаза моего оппонента, при этом кровь во мне явно забурлила, мышцы напряглись, дыхание участилось. Сущность зверя выглянула наружу внезапным рывком, на меня обрушились запахи, обострилось внимание и слух.

Я уже представил, как разрываю сидящего напротив меня человека на мелкие кровавые ошмётки.

— Прошу простить, если оскорбил вас, — испугавшись меня и прижавшись к спинке кресла, проговорил чиновник Оборонного Приказа.

Я с трудом загнал зверя, рвущегося наружу, глубоко внутрь себя и с трудом нормализовал дыхание, успокаивая себя.

— Не нужно меня провоцировать, поверьте, дружить со мной намного выгоднее. Скажу сразу, если мне не дадут работать в этом Княжестве, я уеду в другое.