\

Я думаю, что сотрудничать с ним для нашего рода просто необходимо, и дело даже не в деньгах. Он — лидер, который не остановится на достигнутом. Если он поставил цель стать очень богатым, он её добьётся.

— Хорошо, я услышал тебя, а что ты скажешь про свою сестру? Тебе не кажется её поведение подозрительным?

— Мне кажется, она в него втрескалась. Да и я ещё рассказал про наши приключения в его вотчине, вот и вбила себе что-то в голову.

— Это плохо, позови её, мне нужно с ней переговорить, — сказал глава, серьёзно задумавшись.

— Отец, ты хотел меня видеть, — спросила Элизабет, входя в кабинет отца.

— Да, дочь, проходи, присаживайся, у меня к тебе несколько вопросов.

Когда дочь прошла в кабинет и уселась в кресло рядом со столом, за которым сидел её отец, он спросил:

— Что ты думаешь о Глебе Краевском?

Девушка засмущалась и потупила взгляд, но, понимая, что отец пригласил её не просто так, ответила:

— Очень интересный молодой человек, о нём рассказывают невероятные истории в городе, начиная от простолюдинов и заканчивая старшими девушками в нашей школе. Да многие обзавидуются, что он был у нас на ужине.

Вживую он ещё красивее и интереснее.

— Понимаешь, в чём дело, дочь, у княжеской семьи на него очень большие планы, и даже твой дед не раскрывает всего, что знает. В любом случае, ругаться с Князем я не намерен, поэтому постарайся выкинуть его из головы.

— Но, отец! Как же так, он, что, недостаточно родовит для меня? — вырвалось у девушки.

— Дело не в этом. Никто не позволит тебе увести его у Княжны Анны, да и на него охотятся ещё три княжны из союзных нам княжеств. В любом случае, он тебе не пара, — произнёс отец.

— Но ведь ты обещал! Ты обещал, что я смогу выбирать сама? Что же изменилось? — на глазах девушки выступили слёзы.

— Прости, но нам не потянуть войну в Великими Княжескими родами, нас просто растопчут и не заметят. Именно поэтому я запрещаю тебе даже думать о нём, поверь, это ради твоего же блага, — произнёс отец.

Девушка, внезапно вскочив, с трудом вымолвила:

— Ты… Ты… Предатель, — и выскочила из кабинета, хлопнув дверью."

"Глава рода Макуди долго сидел, молча, не зная, какое решение ему принять. Покой и равномерная жизнь в доме были нарушены пятнадцатилетним подростком, ворвавшимся в круг их семьи.

Он очень любил дочь, и она всегда отвечала ему взаимностью, поэтому он близко к сердцу воспринял её тягу к этому мальчишку. Он думал, что отделается предупреждением и всё будет хорошо, но оказывается, он уже давно живёт в голове его дочурки, и какое решение сейчас принять, он не знал. Просидев так два часа, он решился и, взяв со стола золотой колокольчик, позвонил в него. Через пять минут в кабинет вошёл личный секретарь и, молча, встал перед ним.