\

Вы все слышали о моих полномочиях, любая попытка препятствовать расследованию государственной измены будет сурово наказываться.

Глава 8. Бестужевы.

Через двадцать минут, когда крики из-за стены начали смолкать, передо мной лежали шесть чистосердечных признаний о взятках, на что, сколько и за какой период они давались. Из десяти присутствующих у шести человек обнаружились конверты с деньгами, а в портфелях документы для подписания. Схема стара как мир, хочешь подряд от оружейного ведомства, плати откат. А так как ведомство очень серьёзное, то и откаты тут достигали тридцати процентов.

А это уже просто гигантские суммы, но это только вершина айсберга, на самом деле один из присутствующих поведал о закупках, где откаты были более пятидесяти процентов, а иногда достигали и семидесяти, что говорило просто об астрономических деньгах. Два человека отказались писать объяснения, а двое не имели при себе взяток и утверждали, что они клерки и пришли за решением рабочих вопросов. Я им особо не поверил, но ими можно будет заняться позже.

— Господин, всё готово, клиент готов к разговору, можем приступить к следующему, — сказал, выглянув, капитан, при этом руки у него были все в крови.

Даже не хочу представлять, что они там делали с ним, но так надо. Любая власть строится на страхе, и чем сильнее страх, тем проще для всех. Меньше бунтов, предательств, коррупции и преступности. При слабой власти повылезают разные либералы, правозащитники, коррупция и преступность разрастутся до неимоверных размеров, а для устранения всего этого придётся пролить в десятки раз больше крови. Поэтому лучше затянуть гайки сразу, и пусть меня считают палачом и бояться, чем через полгода, а то и месяц, столкнуться с попытками переворота и гражданской войной. Это я заранее обговорил с Княжной, и, что удивительно, она не стала со мной спорить. Я предложил разыграть стандартную схему, я — злой принц-консорт, а она — добрая Княжна, которая может и помиловать, да и защитить от лютого беспредела её супруга. Схема отработанная, но зато самая эффективная.

Тут двое, из написавших чистосердечное признание, вдруг упали на колени и проговорили:

— Господин, позволь искупить свою вину кровью.

Такая практика была и в том мире, ну а с учётом скорого вторжения этот вариант устраивал всех.

— Капитан, что думаете? Дать им второй шанс или на виселицу всех? — спросил я.

— Вот если вернут всё награбленное вдвойне, можно и на фронт отправить, но, как по мне, так проще повесить, мороки меньше, — на полном серьёзе проговорил командир гвардейцев.

— Господин, помилуйте.

— Всё вернём.

— Кровью искупим, — запричитали ещё шестеро, упав на колени. Стоять остались только двое, на которых улик не нашлось, да и по должности мелкие клерки, их можно и отпустить.