\

— Вы в праве, конечно, на меня обидеться и, если пожелаете, я готова выплатить вам компенсацию в меру своих финансовых возможностей.

— Я бы никогда не взял у вас деньги! — возмутился Акрид безмерно.

— Тогда что вы хотите, чтобы загладить этот неприятный инцидент?

Пару минут он удивленно открывал и закрывал рот, потом тяжело вздохнул и... решительно встал на одно колено. Я испуганно отпрянула от стола, такого я точно не ожидала.

— Арина, это я должен просить у вас прощения! Прошу, простите меня, я повел себя не как положено воспитанному лорду. Это я виноват в вашем эмоциональном всплеске и.

.. последствиях, — изящно назвал он мое нападение со спины. — Мои слова о вас были недопустимы.

— Но вы ведь говорили правду, — заметила я."

"— Да, но... — черт, на миг мне хотелось, чтобы он сказал, что врал тогда. — Но это все равно не повод обсуждать даму за ее спиной... это было недопустимо... Неудивительно, что вы не выдержали и применили магию... Это должно навлечь позор на мою голову и на всю мою семью...

Он постепенно говорил все менее разборчиво и во все более уничижительном ключе, и это мне надоело.

Я не для того его приняла, чтобы он тут унижался, это рождало во мне какую-то брезгливость.

— Вас не смущает тот факт, что я вас чуть не убила? — спросила без обиняков.

— Что? Вы? Но... нет... — растерялся Акрид, — вы ведь не могли... это вышло случайно...

— Могла, — я строго смотрела ему в глаза, — и делала. Вы ведь помните, как я смотрела на вас, когда вы лежали на земле и мучились от боли.

— Мне привиделось, — глаза его шокировано распахнулись.

Я молча улыбнулась, широко, демонстрируя выступающие клыки.

Он шарахнулся назад и впечатался спиной в дверь кабинета. А потом его окружил магический щит из плотно переплетенных нитей разных стихий.

— Вы поступили некрасиво, — ответила спокойно и рассудительно, игнорируя щит, и тот погас, — и моя реакция была чрезмерной. Нельзя убивать человека за правду. Я прошу прощения. Вы простите меня?

Кажется, теперь он, наконец, начал понимать, кто перед ним. Акрид судорожно закивал, принимая мои извинения.

— Лишь одно гложет меня: я не понимаю, если я была вам столь неприятна, как вы описывали тогда, зачем вы общались со мной? Неужели только из-за матримониальных планов вашего дяди?

Когда я перестала улыбаться, Акрид чуть расслабился, через силу поднялся на ноги и подошел ближе к столу:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вы были мне интересны.

Вы очень интересная личность, Арина, скандальная, от вас не знаешь, чего ожидать. Но, кажется, вы таите еще больше сюрпризов, чем мне казалось... — он тяжело вздохнул.