\

Я видела его фигуру, он не валялся нигде под ногами у людей с проломленным черепом, как мне представилось от страха, а наоборот целенаправленно куда-то лез и что-то делал.

А потом я услышала его голос, усиленный, очевидно, магией, над рыночной площадью. Он влез на что-то, так как стоял высоко и что-то кричал на халифатском. Толпа заволновалась и разъярилась сильнее, полуорки напряглись.

— Что? — пришлось спросить, ведь местного языка я все еще не понимала.

— Они кричат: «Маги! Маги! Во всем виноваты маги!» — пояснил господин Тупракрув. — Только в чем виноваты-то? — смотрели он на меня с тем же недоумением, что и я вокруг.

Тем временем Ярис как-то ответил толпе, и между ним и окружающими завязался диалог. Кажется, он пытался успокоить народ и разобраться, что происходит.

— Бэрас, посмотри, что там, — попросила я, потому что из нашего закутка между прилавками вообще было ничего не разглядеть.

Охранник, тяжело вздохнув, влез на один из прилавков, не убирая саблю в ножны, и начал рассказывать:

— Господин Канлерт стоит на одной из деревянных торговых палаток, за ним еще несколько человек: мужчина-слуга, женщина и двое детей в богатой одежде.

— О чем он кричит? — допытывалась я.

— Я так понял, что Великий род, который управляет землями вокруг города, поставил дамбу выше по течению ручья, что питает эти земли. Все было нормально, но раз в десять лет здесь случаются засухи. Все думали, что в этот период дамбу будут открывать и пускать воду. Раньше так и было, но в этом году — нет. Хозяин дамбы сказал, что у него контракт подписан на будущий урожай и нельзя допускать его погибели.

— Но при чем же здесь маги? — не поняла я.

— Все маги здесь работают на Высокие рода, только их здесь и видят в качестве управляющих и исполнителей. Вот их народ и обвинил, так как они ближе.

— Но сейчас же осень, осенью ведь в Халифате нет недостатка воды обычно...

— Так все осени и ждали, все лето терпели и мучились до последнего, надеялись, что вода поднимется, в впроголодь жили и зерно берегли, надеялись осенью посадить и к зиме урожай хороший собрать. Посадили, а поливать нечем. Первые плоды уже должны были поспеть, чтобы до урожая дотерпеть можно было, запасы окончательно кончились, рыбу одну, что в море ловят, едят, болеть начали.

— Болеть? — заинтересовалась я, — чем?

— Десна белеют и зубы потом выпадают, я не знаю этого слова на имперском, — пояснил Бэрас.

«Цинга», — сообразила я. Плохо.

— А маги это лечат?

— Вылечить-то могут, — ухмыльнулся Пэрас, — да только деньги за лечение ломят. А какие деньги у тех, у кого и есть-то нечего? Только в рабство идти или детей своих продавать.

Тут из толпы еще что-то выкрикнули, и все заволновались, господин Тупракрув глухо охнул.