\

А тем временем ритм ускорился, к голосам шаманов присоединились их соплеменники. Они не пели всю песню, лишь какие-то отдельные звуки, ритмично подхватывали и повторяли. Одни свирепо выдыхали: «рам», другие подвывали «ухуууу», а племя Золотых Соколов выдавало что-то нечленораздельное, вроде «гнля-у-гнля», заканчивая «ля» на высокой ноте.

И я увидела, что кроме сети, что скрепляет всех членов племен, над головами невест формируется зеленоватое марево. Сперва оно было едва заметным и видимым только издалека – у тех невест, что стояли напротив, но потом стало ярче, пока в непонятных облаках не стали вырисовываться образы животных.

Вот медведь грозно поднялся на задние лапы; пригнул голову, потрясая рогами, козел; поднялся на дыбы конь, молотя передними копытами в воздухе; завыл беззвучно койот; а над нашими головами распростер свои крылья сокол.

И вместе с этим невесты будто очнулись от медитативного транса. Медведицы ровным строем зашагали вперед под беззвучный рев своего покровителя. Стало как-то четко понятно, что они тренировались, причем не просто для одиночных боев, а именно в группе.

Им не хватало только щитов и коротких мечей, чтобы напоминать каких-нибудь реконструкторов.

– Подождем, пока Медведи расправятся с Козлами, а потом нападем на них со спины, пока они не будут ожидать, – выдала гениальный план ГладРида.

Я панически обвела взглядом остальные группы женщин: одни ждали, другие уже сошлись в схватках. Наши соседки из Койотов, как-то подозрительно поглядывали на нас.

– Нам нужно объединиться! – закричала я громко. – Только объединившись мы сможем опрокинуть Медведиц. Их слишком много, чтобы сражаться поодиночке.

– Тебя забыли спросить, слабачка, – пренебрежительно выплюнул кто-то.

– Только трусиха могла предложить подобное, – задрала нос ГладРида. – Мы должны показать, на что способно именно наше племя!

Ее неожиданно все поддержали, хищно блеснули когти призрачного сокола над нашими головами.

– Вы не понимаете, это безумие, – прошептала едва слышно, наблюдая, как Медведицы оставляют от отряда Козлов одни рожки на ножки: некоторые девушки бежали, другие валялись на земле избитые, но их продолжали пинать.

– С чего вы вообще притащили на бои эту малахольную?! – встряла одна из Койотов.

– Не тебе судить, кого брать, а кого нет, это дело нашего племени! – ГладРида, как и многие ей подобные, придерживалась мнения, что своих подчиненных может ругать и избивать только она сама.

– Ваше дело конечно. Вот чокнутые, – пренебрежительно фыркнула соседка.

– Что ты сказала?!

И понеслось!"

"Я сама не заметила, как взмыла в воздух, вереща, что нам нужно объединиться, а не воевать, но было слишком поздно.